Баумгарт заглянул в зияющую пасть шахты. Внизу все тонуло во мраке.
— Изумительный телескоп, в самом деле! Я все-таки не понимаю, в чем дело.
— Изобрел его наш милейший Фоортгойзен. Пусть он же вам и опишет свое создание!
Ассистент Бен-Хаффы приблизился. Это был очень рослый, бледный и худощавый мужчина, с лицом некрасивым до ужаса. Привлекательными в нем были лишь большие умные глаза.
— Если бы я просто не зарыл инструмент в землю, понадобились бы колоссальные сооружения; мы, таким образом, с'экономили миллионы! Надобно вам знать, что вообще невозможно такое исполинское зеркало вылить из металла или из стекла. Диаметр его равняется четырем с половиной метрам!
— Как же это оказалось возможным? Вы только что сказали, что такое огромное зеркало отлить нельзя. Из чего же состоит ваше зеркало?
— Из жидкости.
— Не понимаю!
Фоортгойзен самодовольно улыбнулся.
— Ну, это долгая история — рассказывать вам о нашем изобретении. Много лет думал я над ним, и все напрасно! Однажды вечером, сидя над стаканом чаю, я размышлял о телескопе. Помешав ложкой чай, я почему-то обратил внимание на стакан. Благодаря ложке, жидкость пришла во вращение, и поверхность ее образовала вогнутое зеркало, какие я вижу всю свою жизнь. Это навело меня на новую мысль! Если только, — сказал я себе, — можно было бы налить ртути в большую круглую ванну, а эту ванну привести во вращение, то поверхность ртути образует вогнутое зеркало, каким пользуются для телескопа. Делаю опыты — и они удаются! Главное затруднение заключалось лишь в том, чтобы устроить приспособление, которое сообщало бы ртутной ванне абсолютно равномерное вращение. Обратился я на — наш знаменитый моторный завод, и тамошние инженеры построили наконец электромагнитный аппарат, отвечавший всем моим требованиям. Ртутная ванна вращается с величайшей равномерностью в масляной ванне несколько больших размеров.