— На Луне нельзя прожить и секунды, даже если бы мы туда добрались!
— Найдется и для этого средство!
— На Луне не видно ни малейших следов человеческой деятельности!
— Этот вопрос решат специалисты!
— А я вам говорю, что Луна — бродячий труп, на ней нам нечего делать!
— Вы в этом ничего не смыслите, сударь! Не воображайте, пожалуйста что, обладая собственной, хотя и говорливой луной, вы можете претендовать на знакомство с соседним нам миром!
Этот намек на блестящую лысину Плэга дал новый повод к бурному взрыву веселья в рядах собравшихся.
— Давно доказано, мадам, что длина волос обратно пропорциональна умственным способностям их обладателя! А затем, я вам говорю, что опыт полета на Луну будет лишь стоить жизни нескольким смельчакам и принесет меньше пользы, чем горсть посеянных семян пшеницы!
— Но как же нам, в нашем стесненном положении, не решиться на крайнюю меру? Неужели наша страна не даст полдюжины смелых людей? Разве в прошлые времена не падали миллионы людей в кровавых войнах за гораздо менее важные цели, часто в угоду эгоистическим интересам капиталистов, монархов и честолюбивых политиканов? Я надеюсь, что в нашей стране найдется сколько угодно людей, которые предложат свои услуги даже при малых шансах на счастливый исход этой неслыханно-смелой поездки. А если я в этом обманусь, — что-ж, я охотно сама предложу себя в помощницы германскому исследователю!
Позвольте же мне, сударыня, в данный момент заменить вас — знайте, что в старом, севшем на якорь Арчибальде Плэге еще хватит мужества отдать свои силы даже заведомо гибельному делу! Разумеется, при условии, что вы не будете участвовать в поездке, — иначе какое же это для меня будет увеселительное путешествие?