— Видишь, человек лежит? — Маша показала на топчан в углу.
— Вижу, — шопотом ответил Ваня. — Так это же капитан Максутов! Чего он такой? Его лихорадка схватила? Да?
— Нет, Ваня, не лихорадка. Его один злой человек в грудь ранил. Он крови много потерял.
— Кто этот злой человек?
— Тот самый, кто тебе пятак дал.
— Лохвицкий?! — Мальчик со страхом посмотрел на Машу, потом вдруг выхватил из-за пазухи тряпицу и сунул Маше: — Возьми… не надо мне его пятака.
— Ладно, не о пятаке речь, — зашептала Маша. — Хорошо, что ты прибежал сюда. А теперь обратно беги, Только не к Лохвицкому, а к Василию Степановичу Завойко. И скажи так: мол, капитан Максутов раненый, плохо ему… И передай вот эту бумажку. — Она сунула мальчику в руку записку. — Сделаешь, Ваня?
— Сделаю… я махом! — кивнул мальчик и помчался к городу.
Острые камни кололи ему ноги, ветви деревьев били по лицу, но он ничего не замечал.
Когда показался Петропавловск, Ваня обежал стороной квартиру Лохвицкого и вдоль глубокого оврага подобрался к дому Завойко.