Изыльметьев коротко передал, что произошло с «Авророй» в порту Кальяо, как они плыли через океан, как сильно измучен экипаж.
— На фрегате шестьдесят больных: цынга, истощение… Прошу вашей помощи!
— Все к вашим услугам, капитан, — сказал Завойко и, обернувшись к своим офицерам, приказал немедленно поместить всех больных с «Авроры» в госпиталь, не жалеть для питания никаких продуктов, обеспечить всех молоком и овощами.
Из толпы отделилась Настя Чайкина и, подойдя к Завойко, поклонилась ему:
— Рассчитывайте и на нас, ваше благородие! В гошпитале-то всем тесно будет, можно какую толику матросов и по домам взять. Подкормим, поставим на ноги, уж будьте покойны! — Вы как, капитан? — спросил Завойко.
— Спасибо за доброе сердце! — кивнул Изыльметьев. — Матросы охотно воспользуются этим.
Он отдал приказание, и шлюпка с офицером направилась обратно к фрегату.
Вскоре с «Авроры» на берег начали свозить больных матросов.
Настя с нетерпением приглядывалась к каждой шлюпке. По ее встревоженному лицу Ваня догадался, что отца все еще не было. Сердце его сжалось.
— А ты капитана спроси! — тихо посоветовал Ваня. — Он же все знает.