— Саданул!
— Ишь запрыгали, черти косолапые!
— Молодец Аксенов! — закричал Максутов. — Спасибо за службу!
Удача Аксенова подбодрила и других артиллеристов. С еще большим усердием захлопотали они у своих орудий.
Получив несколько пробоин, “Вираго” отошел подальше и с новой позиции продолжал обстреливать русскую батарею. Но ни сумятицы, ни страха не было среди расчетов орудий, все делали свои дела спокойно, уверенно.
Раненых все прибавлялось. Некоторые из них пытались помочь своим товарищам, а иные, кое-как передвигаясь, сами отползали в сторону.
Тяжелым осколком сбило с ног комендора Аксенова. Некоторое время он лежал неподвижно, потом, чувствуя, что силы покидают его, слабым голосом сказал:
— Братцы… худо мне… конец!..
Он хотел сказать еще что-то, в чем бы выразилась вся его привязанность к товарищам, но глаза уже подернулись туманной пеленой.
Аксенова унесли, и его место у орудия занял сам Максутов.