-- Да, нговори же, нетерпѣливо перебилъ Владиміръ Алексеѣевичъ.
-- Пріѣхала для описи земская полиція.... Только что вы, Владиміръ Алексѣичъ, не извольте безпокоиться, говорясь мальчикъ, робко поглядывая на молодаго барина и вертя въ рукахъ свою баранью шапку.
-- Я понимаю, вспыхнувъ весь, пробормотала невнятно Лучаниновъ.
Обнявъ кормилицу, испуганно оглядывавшую то его, то Петрушу, онъ вышелъ въ сопровожденіи хозяевъ въ сѣни. Въ сѣняхъ кормилица опять было бросилась съ плачемъ обнимать его, но мужъ отвелъ ее. Лучаниновъ сѣлъ въ сани и уѣхалъ; вслѣдъ за нимъ поѣхали пошевни съ кучеромъ и Петрушей. При въѣздѣ въ село, подлѣ овиновъ, стояли кучей мужики и о чемъ-то тихо толковали. Увидя мимоѣдущаго, Лучанинова, всѣ молча приподняли шапки и притихли; за лицахъ всѣхъ, замѣтна была тяжелая о чемъ-то дума, Лучаниновъ отвѣтилъ на поклонъ, и проѣхавъ село, исчезъ въ воротахъ господскаго дома. Войдя въ переднюю, онъ наткнулся на полупьянаго старика приказнаго, въ нанковомъ засаленномъ сюртукѣ, съ какими-то подъ мышкой бумагами. Старикъ камердинеръ стоялъ прислонившись къ изразцовой печкѣ и опустивъ сѣдую, стрижевую голову; на ларѣ спалъ безцеремонно солдатъ, поддожизъ подъ голову кожаную суму съ бумагами. Лучаниновъ, окинувъ быстро глазами переднюю, прошелъ въ мезонинъ чтобы переодѣться. Петруша побѣжалъ за нимъ. Надѣвъ пальто, онъ вышелъ въ залу, гдѣ сидѣлъ судья, стряпчій и расхаживалъ покручивая усы исправникъ, человѣкъ лѣтъ тридцати, въ военномъ вицъмундирѣ, съ манерами ловкаго, влюбленнаго по уши въ себя, поручика. Хотя всѣ они были знакомы Лучанинову, но никто не поздоровался съ нимъ, а судья, толстый съ заспаннымъ, молодымъ, почти дѣтскимъ, лицомъ человѣкъ, едва поднявшись со стула, спросилъ: "вы дѣйствительный студентъ Лучаниновъ?"
-- Я, отвѣчалъ вспыхнувъ и вопросительно, во вѣжливо взглянувъ за него Владиміръ Алексѣевичъ.
-- Мы прибыли для того чтобы описать движимость покойнаго воспитателя вашего, продолжалъ судья, отдѣлившись наконецъ отъ студа и обдергивая шелковый черный жилетъ свой.
-- Мнѣ кажется, въ этомъ нѣтъ надобности, такъ какъ мы съ братомъ единственные и прямые наслѣдники послѣ..... началъ было молодой человѣкъ.
-- Въ томъ-то и дѣло что не прямые и не наслѣдники, самодовольно разсмѣявшись и покрутивъ усы перебилъ исправникъ.
Лучаниновъ взглянулъ на него.
-- Вотъ неугодно ли вамъ прочитать, оказалъ судья, передавая Лучанинову поданную приказнымъ бумагу; здѣсь копія съ прошенія господина Тарханкова и заключеніе по оному уѣзднаго суда.