-- Не привыкать стать, отвѣчалъ священникъ; мы за-все вѣдь по бѣднякамъ. Да у богатыхъ-то скорѣй споткнешься, прибавилъ онъ. добродушно разсмѣявшись.-- Путь вамъ дорога.
Чрезъ полчаса купецъ лежалъ, рядомъ съ Гавриломъ Алексѣевымъ, въ набитомъ почти доверху тюками, тарантасѣ. Свѣжая тройка бѣжала бодрою рысью по шоссе. Купецъ былъ какъ-то особенно веселъ и разговорчивъ.
-- На вотъ, сѣнца еще подложи подъ бока-то, старичина. Ловко ли? предлагалъ онъ старику.
-- Теперича ловко, отвѣчалъ кряхтя Гаврило Алексѣевъ, довольный тѣмъ что ѣдетъ наконецъ, а не сидитъ на станціи.
VIII.
Лучанинову такъ по душѣ пришелся тихій переулокъ Рима, съ высунувшимся нежданно античнымъ карнизомъ преддверія, что онъ въ тотъ же вечеръ нанялъ комнату въ одномъ изъ сосѣднихъ съ нимъ домовъ, въ переулкѣ. Хозяинъ, толстый, упитанный содержатель ветуриновъ (то-есть извощиковъ), самъ помогъ перевезти ему вещи изъ отеля; разставляя стулья и столы, онъ порядочно успѣлъ надоѣсть, въ первый же день, Лучанинову похвалами новому жилищу.
-- Vedete, signore, говорилъ онъ,-- какое спокойствіе; нужно вамъ что-нибудь, вода нужна вамъ, или мало ли что можетъ понадобиться человѣку,-- дерните за снурокъ, служанка тотчасъ принесетъ что вамъ угодно. Нуженъ вамъ ветуринъ, продолжалъ онъ, поясняя жестами почти каждое слово,-- вы позвонили, и чрезъ моментъ здѣсь, у крыльца, стоитъ для васъ ветура... Верховая лошадь понадобилась вамъ,-- у меня есть отличнѣйшія верховыя лошади. Вы сами видите изъ этого какое здѣсь для васъ удобство. А почему? Потому, продолжалъ онъ, засучивъ рукавъ куртки и принимаясь, вѣроятно для большей ясности, высчитывать по пальцамъ свои качества: вопервыхъ, потому что я,-- вотъ поживите, вы меня узнаете,-- я ненавижу безпорядки; у меня, если работникъ провинился, баста, разчетъ сейчасъ же. Вовторыхъ, продолжалъ онъ, загнувъ слѣдующій жирный палецъ,-- жена моя, я женатъ на второй, хозяйка; она все, овесъ ли выдать, сѣно, вездѣ сама; adesso, втретьихъ...
Но Лучаниновъ сказалъ что онъ желалъ бы отдохнуть; что уже поздно.
-- Отдохнуть? спросилъ хозяинъ, все еще продолжая держать, подъ самымъ почти носомъ слушателя, толстую руку съ двумя загнутыми пальцами.-- Вамъ отдохнуть? Сейчасъ; вы не успѣете раздѣться какъ служанка приготовитъ вамъ постель; улица у насъ тихая; вотъ развѣ ветуры возвратятся, но у меня ни крику, ничего не допускается.... У меня убрали лошадей, овса задали, или всѣ спать тотчасъ же; у меня....
Лучаниновъ зѣвнулъ.