-- Пей, говорятъ тебѣ, извергъ, повторилъ Конотопскій, топнувъ ногою такъ что зазвенѣла шпора.
-- Не хочу, отвѣчалъ Лучаниновъ.
-- А, негодяй, боишься! Ну, чортъ съ тобой. Дай чаю мнѣ, Петруша, сказалъ Конотопскій, закуривая сигару и соображая какъ бы потоньше подойти къ рѣшенію занимавшаго его тяжелаго вопроса.
Трудно опредѣлить что сближаетъ людей проведшихъ порознь дѣтство, что связываетъ ихъ въ ту пору когда еще не установились убѣжденія. Есть какое-то родство помимо кровнаго. Ударьте струну на инструментѣ; другая, одинаково съ ней настроенная, въ сосѣдней комнатѣ, непремѣнно отвѣтитъ, повторитъ изданный сосѣдкой тонъ. Мнѣ скажутъ: одинаковая степень развитія. Нѣтъ, это родство можетъ существовать между людьми далеко не ровесниками по развитію; его скорѣе можно назвать природною одинаковостью умственнаго строя, породы. Жизнь, обстоятельства, могутъ разссорить этихъ близкихъ людей, поставить во враждебныя отношенія, но никакая сила не въ состояніи нарушить духовнаго сходства; пусть одинъ изъ этихъ сходныхъ людей измѣнитъ правдѣ, практически (какъ говорятъ и ошибаются) выбравъ вмѣсто прямой, честной дороги, кривые, подозрительные проселки,-- другой тотчасъ узнаетъ въ немъ, встрѣтившись послѣ долгой разлуки, близнеца, узнаетъ, точно такъ какъ узнаются знакомыя черты въ обезображенномъ тлѣніемъ трупѣ; съ ужасомъ отвернется, можетъ-быть, узнавшій, отойдетъ чтобы не видать искаженія, но унесетъ съ собою мысль: "да, онъ родня мнѣ, онъ изъ нашихъ".
Такое родство связывало Лучаниновыхъ съ Конотопскимъ, Корневымъ и еще двумя-тремя университетскими товарищами. Что-то неизмѣнное лежало въ основаніи ихъ сходства, ихъ сродства, во что именно, трудно опредѣлить. Это была не слѣпая дружба, которая глядитъ въ розовыя очки на любимаго человѣка; они видѣли ясно недостатки, слабости другъ друга; въ ихъ привязанности другъ къ другу лежалъ законъ какой-то необходимости: имъ нельзя было не быть близкими.
Помимо этой неясной, но существовавшей связи, Конотопскій любилъ въ младшемъ Лучаниновѣ себя; онъ любовался имъ какъ своимъ собственнымъ портретомъ, снятымъ въ юности. Надобно сказать что Конотопскій былъ старше младшаго Лучанинова лѣтъ на пять, а по опытности и больше; разгулъ, любовь къ пляскѣ, пѣснѣ, напоминали Конотопскому собственные молодые года; Лучаниновъ зналъ это, и обходился съ Конотопскимъ какъ баловень ребенокъ съ любящею его нѣжно нянькой. Конотопскій былъ ровесникъ Владиміру Лучанинову по годамъ и умственному возрасту. Распущенность Петра Алексѣевича начинала безпокоить Конотопскаго, и онъ нетерпѣливо ждалъ возвращенія Владиміра Алексѣевича изъ Италіи чтобы посовѣтоваться съ нимъ какъ помочь Петру Алексѣевичу.
-- Послушай. Вѣдь тебѣ нельзя сидѣть безъ дѣла, началъ Константинъ Михайловичъ, снова принимаясь расхаживать по комнатѣ.-- Поступай въ нашъ полкъ.
-- А деньги гдѣ? спросилъ Лучаниновъ.
-- Вотъ вздоръ. Да я тебѣ примѣръ; я бѣднякъ, а служу же! горячо возразилъ Конотопскій.-- Ѣмъ солдатскія щи, кашу.... Ты баловень. Что дѣлать? Привыкай. Да и что за военный, кто не можетъ ѣсть что Богъ послалъ. Деньги, это вздоръ.
-- Да у меня и бумаги-го, чортъ знаетъ, какія-то спорныя.... Не примутъ, отвѣчалъ Лучаниновъ.