"Колючій тернъ его охота
"Безвредно попирать ногой.
Старина, а я люблю.... Или, продолжалъ онъ, оборотившись къ Тарханкову.
"Ты можешь ли левіафана
"Удою вытащить на брегъ?"
Тарханковъ вздохнулъ и поглядѣлъ на декламатора, какъ бы отвѣчая ему безъ словъ: "гдѣ же мнѣ вытащить? Не вытащишь". Онъ начиналъ теряться, рѣшительно недоумѣвая что ему дѣлать, какъ держать себя мало-мальски соотвѣтственно восторженному настроенію нужнаго ему человѣка. Къ его счастію, Аристарховъ нѣсколько успокоился; поза его и особенно грустная улыбка съ которою, послѣ стиховъ, глядѣлъ онъ на слушателя, выражали: "гдѣ вамъ, профанамъ, понимать такія высокія вещи. У меня вѣдь это все прочувствовано, а вы.... Вы дѣти міра сего."
-- Вотъ я еще, робко, послѣ непродолжительной паузы, которая нужна была чтобы приличнѣе перейти отъ предметовъ возвышенныхъ снова къ земному, началъ Павелъ Ивановичъ,-- а хотѣлъ еще напомнить вамъ, почтеннѣйшій Василій Савельевичъ, насчетъ этихъ свидѣтельствъ....
-- Лучаниновскихъ? спокойно докончилъ адвокатъ.
-- Да. Вѣдь они болѣе вамъ не нужны? И потомъ, по условію, вы помните, они должны быть.... уничтожены...
-- Я этого не помню. Нѣтъ, не нужны. Вы знаете, старшій Лучаниновъ.... Какъ его? Владиміръ, кажется? Былъ у меня.