Это еще болѣе сконфузило неопытную примадонну.
"Можно пьекъясный вѣнокъ себѣ спьесть", повторяла она дрожащимъ какъ листъ тополя голосомъ.
-- Въ плечо! Представьте, въ лѣвое плечо, мерз....., раздался въ это время снова голосъ неугомоннаго либерала.
Хозяина передернуло, но онъ показалъ видъ что не слышитъ.
-- Волторны дерутъ уши, братецъ, запальчиво вскинулся онъ, быстро поднявшись съ мѣста, на капельмейстера.
-- Волторны, piano! поворотясь къ оркестру, шепталъ капельмейстеръ.-- Piano.
Съ него ручьями лился потъ отъ жары въ залѣ и отъ внутренняго волненія. Пѣвица кончила и улетѣла за кулисы, какъ птичка вырвавшаяся изъ несносной клѣтки.
-- Прелестно, произнесъ губернаторъ.
-- Брависсимо, кричала публика.-- Грушу, Грушу.
Дѣвочка вышла и ребячески кивнувъ головкой, снова исчезла за кулисами.