-- Но что такое онъ въ оркестрѣ, со смычкомъ, еслибы вы знали, говорилъ Барскій.-- Богатырь, силища!
XXIII.
Владиміръ Лучаниновъ служилъ все еще безъ жалованья; въ небольшомъ городѣ поэтому считали его многіе чуть не милліонеромъ; милліонеръ однако, для тѣхъ кто его видѣлъ чаще и ближе, значительно выцвѣлъ, полинялъ, если сравнить теперешнюю обстановку его съ тою какая была у него въ годъ пріѣзда. Унтеръ-офицеръ, "старшой", какъ его называли прочіе канцелярскіе сторожа, снимая однажды пальто съ Лучанинова, замѣтилъ, обратившись къ сидѣвшему на ларѣ сторожу: "байку подшилъ вмѣсто шелковой-то подкладки. Видно карманъ потоньше сдѣлался." При этомъ, нюхая табакъ, унтеръ, старожилъ канцеляріи, разказалъ сторожу что много онъ на своемъ вѣку видалъ подобныхъ франтовъ; "пріѣдетъ, кончивъ курсъ, иной", говорилъ унтеръ, "все съ иголочки; французскія перчатки, тросточка съ золотымъ набалдашникомъ; глядишь и думаешь, погоди, ваше благородіе, прощеголяешься; ты думаешь: небось, такъ тебѣ вотъ и дали мѣсто секретаря, али чиновника особыхъ порученій сразу: подождешь. Глядишь, чрезъ мѣсяцъ, другой, пальтечко по локтямъ обтерлось, тросточка безъ набалдашника.. Что, ваше благородіе? Знать тонко?"
-- Получитъ, Богъ дастъ, мѣсто, поправится, зѣвая во іесь ротъ, возражалъ сторожъ.
-- Получитъ; жди; какія у насъ мѣста-то, мы чай знаемъ. А и откроется мѣсто, у правителя есть два племянника, кончаютъ курсъ въ наверситетѣ....
-- А баринъ добрый, замѣтилъ сторожъ.
-- Добрый-то, добрый, говорилъ унтеръ, а... только что къ сосѣдкѣ ему надо бы порѣже ходить; лучше бы было... Живмя живетъ у сосѣдки.
Старшой былъ замѣчательный психологъ; отъ нечего ли дѣлать, или по призванію, онъ наблюдалъ, сидя на засаленномъ ларѣ прихожей канцеляріи, и зналъ задушевнѣйшія тайны каждаго изъ служащихъ; наблюденія свои онъ сообщалъ, за недостаткомъ другихъ слушателей, то сторожу, то жандарму, иногда дежурному писцу, не знавшему какъ ему убить сутки на которые закабалила его очередь.
-- На шею Станислава ждетъ, замѣчалъ онъ, вѣшая шубу какого-нибудь столоначальника;-- будетъ съ тебя и въ петличку.
Унтеръ не охотникъ былъ до служащихъ въ родѣ Лучанинова; онъ любилъ чиновника толстаго, "обстоятельнаго", какъ онъ выражался; облекая въ енота кого-нибудь изъ разряда своихъ любимцевъ, онъ по уходѣ его прибавлялъ: "вотъ этотъ -- пазуха: на жену третій домъ покупаетъ, а эти франтики, видали ихъ мы, завелись они не сегодня...."