-- Вотъ портной, Владиміръ Алексѣевичъ, говорилъ писарь приподнявъ шапку,-- онъ вамъ все сдѣлаетъ что нужно.
-- А что вамъ нужно, господинъ секретарь? опросилъ по-русски Еврей, входя за Лучаниновымъ въ комнату.
-- Да вопервыхъ, нужно мнѣ переворотить, если возможно, пиджакъ; онъ выгорѣлъ, но, кажется, еще не такъ плохъ чтобы..... отвѣчалъ Лучаниновъ,-- потомъ вычистить пару лѣтнихъ жилетовъ и сюртукъ, прибавилъ онъ, отпирая коммодъ и вытаскивая платье.
Портной глядѣлъ на него молча и улыбался; писарь закурилъ другую папиросу.
-- А скоро, господинъ секретарь, началъ съ нѣкоторою таинственностью портной, -- вамъ не нужно будетъ выворачивать пиджакъ и чинить ваши старые жилеты.
-- Почему? спросилъ Лучаниновъ.
Писарь поглядѣлъ ему съ увѣренностью въ глаза, какъ будто подтверждая слова старика Еврея.
-- Почему же не нужно?
-- А потому что не нужно, отвѣчалъ, таинственно улыбаясь, Еврей.-- Скоро Herr Secretaire сошьетъ себѣ у первѣйшаго портнаго такой пиджакъ что вай! Когда пойдетъ господинъ секретарь прогуливаться по бульвару въ этомъ пиджакѣ, всѣ скажутъ: "вай, этотъ пиджакъ, мы видимъ, сшитъ у наилучшаго, первѣйшаго портнаго!"
-- Ну, у первѣйшаго-то мнѣ не по карману пока, а вотъ не угодно ли вамъ посмотрѣть: можно ли что-нибудь сдѣлать? перебилъ его Лучаниновъ, развернувъ лиджакъ.