-- Ее бы въ Италію, замѣтилъ подойдя къ нимъ Лучаниновъ.
-- Боюсь... Да опять нужны средства, отвѣчалъ контрабасистъ.
-- Ну, это бы можно какъ-нибудь, перебилъ графъ.
-- Боюсь; храни Богъ попадетъ на руки нашимъ пѣвцамъ которые тамъ совершенствуются; одну нельзя отправить... Да, Богъ дастъ, выучимъ и безъ Италіи, окончилъ старикъ.
Маріанна Александровна съ Грушею, обнявшись, перелистывали у стола виды Швейцаріи подаренные Барскому графомъ; какъ будто разсматривая картины, дѣвушки изучали другъ друга, перекидываясь незначущими, короткими фразами.
-- Какъ вы славно поете! начала Топоровская.
-- А вы хорошенькая, улыбнувшись и взглянувъ на нее своими черными глазами, какъ будто для того чтобъ отблагодарить, произнесла вдругъ Груша.
Топоровская сконфузилась; въ это время подошелъ Лучаниновъ и сѣлъ подлѣ пѣвицы.
-- Спойте что-нибудь еще, Аграфена Васильевна... Повторите "Осень," началъ онъ.-- Вамъ нравится? спросилъ онъ Маріанну Александровну.
-- Да, нравится, отвѣчала, уставившись въ альбомъ, Топоровская.