-- Маріанна Александровна, отходя отъ Лучанинова, начала кумушка, взявъ подъ руку дѣвушку;-- я не могу, не заслужила еще права называть васъ дочерью, но люблю васъ, вѣрьте мнѣ, какъ свою дочь. Я знаю что васъ.... не пугайтесь, любить нашъ давнишній другъ, Владиміръ Алексѣевичъ.
Лучаниновъ смотрѣлъ въ окно.
Варвара Тимоѳеевна, отведя еще дальше дѣвушку, спросила ее шепотомъ: "любите ли вы его?" Дѣвушка опять превратилась въ мраморную; Лучаниновъ, искоса взглянувъ на нее, почувствовалъ себя снова на горячихъ угольяхъ. Въ это время вошедшій слуга доложилъ что пріѣхалъ графъ.
-- Досадно, прошептала Варвара Тимоѳеевна,-- не звалъ ли его мужъ однако? Дѣлать нечего, проси.
-- Послушайте, почтеннѣйшій кліентъ, началъ графъ, пожимая руки хозяйкѣ и Маріаннѣ Александровнѣ,-- развѣ здѣсь гражданская палата?
Лучаниновъ улыбнулся въ родѣ того какъ улыбался плаксивый хозяинъ его квартиры въ нѣмецкомъ городѣ.
-- Я хотѣлъ сейчасъ же ѣхать; извините меня, отвѣчалъ онъ.
-- Теперь ужь незачѣмъ; вотъ всѣ копіи которыя были заказаны вами; заѣзжайте завтра росписаться, произнесъ графъ, передавая Лучанинову бумаги.
Лучаниновъ, ничего не понимая, сунулъ въ карманъ копіи. Графъ уѣхалъ скоро; вслѣдъ за нимъ ушелъ въ свой номеръ и Лучаниновъ.
Оставшись вдвоемъ вечеромъ, Варвара Тимоѳеевна толковала съ Маріанной Александровной почти до свѣту. Дѣвушка со слезами призналась, наконецъ, что боится какъ-то Лучанинова, "или онъ слишкомъ ученъ для меня, или серіозенъ," говорила она; говорила что она бѣдна и потому ему не ровня. Варвара Тимоѳеевна не унывала; трое сутокъ вела она неутомимые переговоры то съ ней, то съ нимъ, и наконецъ однимъ вечеромъ, выйдя изъ себя, объявила имъ обоимъ что вынуждена принять мѣры строгости, такъ какъ видитъ что ласкою дѣйствовать безполезно. Эта шутка и порѣшила наконецъ дѣло. Лучаниновъ кинулся цѣловать руки у Маріанны Александровны; дѣвушка вспыхнула, потупилась, но не отнимала рукъ. Варвара Тимоѳеевна кричала мужу, побѣжавшему за образомъ: "скорѣй же! Ахъ, какой ты! Скорѣе!" Мужъ принесъ образъ, и кумушка благословила жениха и невѣсту. Графъ совѣтовалъ за другой день Варварѣ Тимоѳеевнѣ все-таки присматривать за Лучаниновымъ до свадьбы чтобы не выскочилъ въ окошко.