Като подняла за подбородок личико Кико и заглянула ему в глаза.
- Кико, отвечай скорее, ты не будешь больше делать попыток убежать от нас?
Кико молчал. Как он мог дать слово не стремиться к побегу отсюда, когда его душа так и рвалась к обожаемому отцу, к доброй бабушке Илите, к милой Шуше, которую он так незаслуженно обижал в последнее время, предпочитая ей общество злого и лукавого Али? Нет, нет, он не сможет дать этого слова, потому что не сможет сдержать его. А не сдержать данного слова, по мнению мальчика, - это такая подлость, на которую не может решиться ни один честный и порядочный человек. Видя его колебание, Като заговорила снова.
- Слушай, Кико. Я не сделала тебе никакого зла, я была с тобой добра, мальчик, и ты должен отплатить мне тем же. Я упросила Вано отдать тебя мне и дала ему за тебя слово, что ты не убежишь. Неужели же ты, Кико, сделаешь меня обманщицей в глазах Вано?
Маленький князь поднял голову. Синие глаза его блеснули гордым блеском.
- Я сын князя Павле Тавадзе и не хочу давать слова, которого, знаю это заранее, не смогу сдержать. Я хочу к отцу... Я не могу оставаться здесь...
- Но, бедный мальчик, ты не дойдешь до дома, заплутаешься в горах и погибнешь... Все равно отец твой не увидит тебя. А мне ты принесешь большое горе своим новым бегством. Гнев Вано обрушится на меня. Неужели же ты захочешь мне зла, мой мальчик?
- Нет! Клянусь святой Ниной, нет! Ты добрая!..
- Тогда ты дашь мне клятву не убегать и никому не открывать твоего похитителя?
Кико задумался.