Суровый, почти враждебный взор Джона преследовал ее и здесь.
"Что с ним? Что случилось? Он должен был бы радоваться, хвалить, одобрить, а он... ни одного вопроса не задал, как другим. И этот взгляд!.. Да что же наконец все это значит?.."
Экзамен математики, продлившийся часа три, показался вечностью для Лиды.
Но вот, наконец, последняя из выпускных спрошена, девочек выводят из залы минут на двадцать, пока идет совещание между экзаменаторами и ассистентами, и снова приводят для оглашения полученных отметок.
- Воронской двенадцать, - слышит Лида, но она почти не рада высшему баллу.
Большой Джон, недовольный ею друг, вот кто занял теперь мысли девочки.
А Большой Джон, сделав общий полупоклон, спешно направился между рядами институток к выходу из зала.
"Большой Джон уходит! Уходит такой чужой, строгий и далекий!.. Нет!.. Нет!.. Нельзя его отпустить так! Надо выяснить все, во что бы то ни стало..." - Лида, нарушая все правила институтских традиций, выскакивает из залы и несется вслед за Большим Джоном.
Широко шагая своими длинными ногами, он идет далеко впереди. Вот он завернул за угол и должно быть уже спускается с лестницы.
Так и есть... Сейчас он спустится, и ей уже не догнать его...