- Госпожа Воронская, - почти тотчас же вслед за этим сказал ничего не заметивший Зинзерин, - извольте отвечать.
Лида толково объяснила решенную ею на доске геометрическую задачу. С тем же ликующим видом и с пылающими щеками она блестяще отвечала на все, относившиеся к задаче, вопросы Зинзерина.
- Прекрасно! Прекрасно, госпожа Воронская! - одобрительно закивал, смущенно улыбаясь, Аполлон Бельведерский. - Такая, можно сказать, была слабая ученица в году по математике и такой блестящий ответ на экзамене! Очень хорошо-с!
- Прекрасный ответ! - согласились с ним все присутствующие и ласково глядели на сияющую девочку.
Один только молодой ассистент сидел по-прежнему, с застывшим, точно окаменелым, лицом и холодно, сурово глядел на Воронскую своими ястребиными глазами, ставшими теперь такими же холодными, чужими и суровыми, как и при его входе в зал.
"Что с ним?... На что он сердится? Как он строго и сердито глядит на меня! Что случилось? Или это шутка со стороны Большого Джона?"
Полная неясного, гнетущего волнения, Лида вернулась на место.
- Душка Вороненок, тебе двенадцать поставили, сама видела! - зашептала ей Рант и незаметно пожала руку своей соседке.
- Поздравляю, Лидуша! Прекрасно ответила! Здорово отрапортовала. Небось, Большой Джон не нарадуется на свою любимицу... И какой сюрприз всем нам, а?! Большой Джон в качестве экзаменатора! - шептала другая соседка, Сима.
Но Лида не слышала поздравлений. Она точно упала с неба на землю.