Счастливый и радостный вышел Дима на улицу, и первый, кто встретился у ворот, был его приятель Немин. Но нынче Дима не сразу узнал его. Он был в военной Форме защитного цвета.
— Не узнаете? — ласково обратился он к Диме. — И я призван, как запасный офицер нашей армии. Должен нынче же выехать к месту назначения. Ну, а вы как поживаете, Стоградский?
— Служу по-прежнему, благодаря вашей протекции. И, кажется, Август Карлович мною доволен.
— Значит, я могу быть спокоен за вас, не правда ли, мой молодой друг?
— О, вполне! — горячо вырвалось у Димы.
Неуловимое выражение прошло по бритому энергичному лицу, полускрытому широким козырьком офицерской фуражки.
— Ну, я доволен. Август Карлович обещал мне заботиться о вас. А я должен выехать нынче в столицу. Дайте мне пожать вашу руку, Дима, и обещайте не быть одним из тех взбалмошных юнцов, которые бегут на театр военных действий, где являются только обузой для тех частей, к которым пристают. Обещаете?
— О, да! Я так не поступлю. Обузой не буду…
Дима хотел еще что-то сказать, но Немин, вполне удовлетворившись ответом, стал прощаться, как-то благодарственно пожимая мальчику руку.