Алек Хорвадзе взял у неё бумажку, желая прочесть, но Витик Зон стрелою кинулся к нему и почтительно, вынув листок из рук "царя", произнес с поклоном:
-- Ты, Алек, царь, и потому тебе нечего утруждать себя чтением. На это у тебя, как царя, имеются секретари!
Алек поморщился. Ему самому очень хотелось узнать поскорее, что стояло в таинственной бумажке. Но Витик уже взобрался на вышку фонтана и, размахивая руками, кричал во весь голос оттуда:
-- Рыцари! Слушайте! Я прочту вам сей...
Он не договорил, потому что Павлик Стоянов подкрался к нему незаметно сзади, повернул ручку у фонтана, и в один миг Витик был облит холодной струею воды, забившей из фонтана.
Витик, фыркая и отмахиваясь, как мокрый котенок, соскочил на землю под оглушительный хохот шалунов.
А бумажка в это время очутилась в руках Вовы Баринова. Он стоял во весь рост на садовой качалке и читал то, что было написано там. В бумажке стояло:
"В пансионе господина Макарова, на лесном хуторе Дубки, уже второй месяц живет мальчик Миколка, убежавший от своего дяди, отставного солдата Михея, из деревни Старая Лесовка. Если Михей пожелает вернуть Миколку домой, то пусть переговорит с господином Макаровым. Хозяин Дубков принимает ежедневно".
Если бы в эту минуту солнце, не переставая светить, упало на землю, мальчики удивились бы не больше того, как были удивлены в настоящую минуту. Точно столбняк нашел на них. Они добрую минуту не могли произнести ни слова, пораженные и изумленные тем, что узнали. Поступок с бумажкой был из ряда вон скверным поступком. Очевидно кто-то из злобы на маленького Котю захотел причинить ему большое горе, отдав его снова в руки его сердитого "дяди".
Несколько минут "рыцари" не могли произнести ни слова от охватившего их негодования. И вот молчание было нарушено в конце концов,