-- Это опасно для твоего царского здоровья!
-- Бей нас всех, но к костру мы тебя не пустим!
-- Мы проводим тебя опять на трон!
-- Что-о-о! На трон! Ни за что в мире! -- закричал Алек так громко, что Авдотья, хлопотавшая возле чая, от неожиданности и перепуга чуть не упала прямо на кипящий самовар.
-- Не пойду на трон, потому что не хочу быть царем больше! Пусть этот лес будет свидетелем, что с этого дня Алек Хорвадзе не царь больше, а простой, совсем простой Алек. У меня нет больше царства, около Кутаиса нет дворца, нет баранов, ничего нет! Слышите, ничего нет, говорю я вам!.. Если все маленькие цари так несчастны, что не могут бегать, играть, не могут подраться в свое удовольствие, так где же тут счастье?! Не хочу и я быть царем! И первого, кто меня назовет еще раз царем или царевичем, я вздую так, что он долго будет помнить... А теперь место мне! Дайте отвести душу и попрыгать как следует! А то того и гляди -- погаснет пламя...
И проговорив все это, Алек отошел немного, громко "ухнул", и в один миг, смеющийся и веселый, перескочил костер. Павлик Стоянов вскочил на ближайший пень и, как настоящий поэт, прочитал стихотворение, сочиненное им в честь Алека:
Муха Алю укусила,
Вздумал Алек быть царем,
Только во сто раз быть лучше
Мальчуганом-шалуном!