-- Чего глотку дерешь-то? -- суровым тоном взрослого обратился к нему Степка-козел, самый большой и сильный из ребят.
-- Чего глотку-то дерешь, спрашиваю? -- еще суровее обратился Степка к ревущему Сеньке.
-- Да все он... Все "чужак" забижает... Взлез, накинулся на меня и прибил! -- всхлипывая, жаловался Сенька.
-- Ты чего, "чужак", дерешься, а?
И Ванька вихрастый, грозно сжав в кулаки свои грязные ручонки, с задорным видом подступил к Миколке.
Миколка вспыхнул.
-- Не ври, Сенька, не я тебя, а ты меня задрал первый, -- произнес он, -- я мирно лежал тутотка на опушке, стадо стерег, а он с меня, братцы, -- пояснял черноглазый Миколка, -- картуз от как сдерет... Да на дерево еще грозил закинуть... Ну, я его, значит, и того... Бока ему намял, што б не баловался!
И Миколка с гордостью оглянулся на окружающих ребят.
Он был меньше их ростом и казался стройнее и красивее всех. Ему было лет девять на взгляд. Золотисто русые кудрявые волосы так и горели на солнце; черные глаза сверкали умом. Тонкое загорелое личико дышало удалью и здоровьем. Он был одет беднее всех. На нем была одета старая рваная рубашонка, ноги были босые, широкие ситцевые штанишки, все заплатанные, едва держались на узеньком ремешке. Несмотря, однако, на этот рваный нищенский вид, мальчик казался настоящим красавчиком...
Окружающие ребята враждебно и зло поглядывали на него.