-- Читай письмо, дядя! Скорее, скорее! И как можно громче! -- кричит Женя так, точно потолок готов свалиться ей сию минуту на голову.
Александр Васильевич, недоумевая, разрывает конверт, вынимает из него лист бумаги, исписанный крупным почерком Жени и читает во весь голос:
-- "Дети, вы провинились и заслужили наказание. Но я прощаю вас и наказывать не буду. Кудлашку позволяю оставить в пансион. Это будет мой подарок, вместо обещанного пони, моей маленькой Жене".
Вот и все, что стояло в записке.
Женя торжествовала.
ГЛАВА XXXVII
Живой петух в печке.
Каждый понедельник monsieur Шарль аккуратно, от девяти до двенадцати, читал детям очень поучительную повесть об одном умном, добром и послушном мальчике. Этот мальчик никогда не шалил, не клал локтей на стол за обедом, не фыркал носом, не пачкал курточки, не рвал чулок. Он умел кланяться и шаркать ножкой, за все благодарил и нё носил дохлых мышей и живых лягушат в кармане. Словом, это был настоящий "пай-мальчик". Но слушать про этого мальчика было очень скучно маленьким пансионерам. К тому же Женя сидела на яблоне, как раз под окном классной, и строила "рыцарям" такие уморительные гримасы, что те, глядя на нее, едва удерживались от смеха. Женя не ограничилась этим и, сорвав несколько яблок, еще зеленых и незрелых, пустила их в окошко. Одно яблоко попало в чернильницу, которая стояла как раз против monsieur Шарля. Черные брызги полетели во все стороны фонтаном. Одна из них попала на нос monsieur Шарля и украсила кончик его черной лепешкой. Monsieur Шарль, разом поняв в чем дело, помчался в сад накрывать виновницу, а заодно и смыть с носа злополучное чернильное пятно.
Вслед за ним из класса выскочили четыре мальчика: Вова, Арся, Павлик и Котя и тоже помчались, только не в сад, а на птичник, прямо через заднее, кухонное крыльцо.
Мальчуганы придумали новую "штучку". Слишком скучно было сидеть и слушать про благовоспитанного мальчика, и они решили позабавиться на славу. Пока monsieur Шарль делал должное нравоучение Жене и отмывал с носа чернильное пятно, "рыцари" раздобыли на птичьем дворе огромного петуха с огненно-красными перьями и великолепным хвостом. Вова приволок его подмышкой в класс. Петух орал так, точно его режут, во все время пути. Но он заорал еще громче, когда Котя, ловко привязав к его ноге веревку, открыл дверцу печки и сунул туда опешившего петуха.