- А у вас здесь очень мило, - произнесла снисходительным тоном черненькая смуглая девушка, обнимая одним быстрым взглядом и красивую белую пансионную дачу, стоявшую на горе, и мохнатую группу сосен, спускавшихся уступами к самому морю.
Это море сверкало, сияло и серебрилось сейчас на солнце, в просвете деревьев, довершая собою красоту ландшафта. А дальше, позади дачи, шли сосновые леса и дюны с их обрывами в котловины, с обнаженною желтою грудью песчаных холмов.
- Нет, решительно, здесь очень мило! - подтвердила смуглая девушка, в то время как madame Sept распыхалась в комплиментах перед ее рыженькой подругой.
- Soyez la bien venue, mademoiselle (Добро пожаловать)! - пожимая руку Досе, пропела самыми милыми и сладкими, какие только имелись у нее в запасе, нотками француженка, отвечая в то же время небрежным кивком головы на поклон Муры. - Мы так давно вас ждали. Monsieur le general votre pere не указал настоящего дня приезда, - пела она.
"Это прекрасно, это прекрасно! Лучше, нежели я ожидала, она принимает Досю за меня, - в то же самое время радовалась Мурочка, - и таким образом лишает нас необходимости лгать. Действительно, у моей милой Досиньки вид настоящей прирожденной аристократки, тогда как у меня... Фюить!" - и, пряча лукаво заблестевшие глаза под длинными ресницами, Мурочка с деланой скромностью присела перед madame Sept, протягивая ей бумаги, вынутые ею из дорожной сумочки.
- Не угодно ли взглянуть на мои документы, madame?
Великолепным жестом небрежной снисходительности madame Sept взяла бумаги, те самые, в которых значилось: "дочь отставного ефрейтора Евдокия Кирилова", и, поджав губы, наскоро пробежала метрику Доси.
- О, mademoiselle, не беспокойтесь, вы хорошо мне известны и без них, - с любезной улыбкой предупредила она движение Доси, которая тоже было протянула ей документы, переданные ей в поезде Мурочкой. - Пожалуйста, оставьте их у себя. А теперь позвольте вас познакомить, mademoiselle, с вашими будущими сотоварками, - и, взяв под руку Досю, madame Sept подвела ее к группе девушек.
- Дочь генерала Раевского, очень известного в военном мире, вы, конечно, слышали о нем? - с нескрываемой гордостью обратилась директриса к пансионеркам.
Каждая приветствовала Досю по-своему.