— Ну, Gott grusst dich.[44]Ну, Gott grusst dich — Здравствуй (южн. — нем.). Поправилась?
Я утвердительно кивнула головой и оглядела класс. Вокруг меня уже не было ни одного враждебного личика. Девочки, казалось, чем-то пристыженные, толпились вокруг меня, избегая моего взгляда.
— Здравствуйте! — кивнула мне головой Варюша Чикунина, и голос ее звучал еще ласковее, нежели прежде. — Совсем поправились?
— Да! и уже нашалила там порядочно, — засмеялась я и, присев подле нее на парту, вкратце рассказала ей лазаретное происшествие.
— Так вот вы какая! — удивленно подняла она брови и потом добавила, неожиданно понизив голос: — а ведь книжечка-то нашлась!
— Какая книжечка? — искренно удивилась я.
— Да Марковой… помните, из-за которой вы заболели. Как же, нашлась. Феня ее с сором вымела в коридор и потом принесла… Знаете ли, Джаваха, они так сконфужены своим нелепым поступком с вами…
— Кто?
— И Бельская, и Маркова, и Запольская, словом, все, все… Они охотно бы прибежали мириться с вами, да боятся, что вы их оттолкнете.
— Пустяки! — весело вырвалось у меня, — пустяки!