И действительно, все казалось мне теперь пустяками в сравнении с дружбой Ирочки. Институт уже не представлялся мне больше прежней мрачной и угрюмой тюрьмою. В нем жила со своими загадочно-прозрачными глазками и колокольчиком-смехом белокурая фея Ирэн.
Глава V. Преступление и наказание Правило товарищества.
По длинным доскам коридора,
Лишь девять пробьет на часах,
Наш Церни высокий несется,
Несется на длинных ногах.
Не гнутся высокие ноги,
На них сапоги не скрипят,
И молча в открытые веки
Сердитые очи глядят.
Краснушка даже языком прищелкнула от удовольствия и обвела класс торжествующими глазами.
— Браво, Запольская, браво! — раздалось со всех сторон, и девочки запрыгали и заскакали вокруг нашей маленькой классной поэтессы.
Дежурная дама, страдавшая флюсом, вышла полежать немного в своей комнате, и мы остались предоставленными самим себе.
— Милочки, да ведь она это у Лермонтова стащила, — внезапно запищала всюду поспевающая Бельская.
— Что ты врешь, Белка! — напустилась на нее обвиняемая.
— Ну, да… «Воздушный корабль»… «По синим волнам океана, — так начинается, — лишь звезды блеснут в небесах, корабль одинокий несется, несется на всех парусах». А у тебя…
— Ну, да, я и не скрываю… Я за образец взяла… Даже и великие поэты так делали… А все-таки хорошо, и ты из зависти придираешься. Хорошо, ведь, mesdam'очки? — И она обвела класс сияющими глазами.