Всю ночь мы провели без сна. Тамара, я и Барбале с ужасом прислушивались к каждому громовому раскату, повторяемому эхом гор.
Усталые, бледные и измученные встали мы на другое утро. Я мельком взглянула на ночной столик, куда имела обыкновение класть на ночь мои драгоценности, то есть золотые часики, данные мне от казны в награду за отличное поведение, и медальон с портретом княжны Джавахи, и тихо ахнула: ни медальона, ни часов моих не было.
Теперь только я поняла причину ночного посещения князя Андро.
Он украл их!
Я тотчас поделилась печальной новостью с Тамарой.
— Mademoiselle Люда! Душечка! Красавица! Ненаглядная! — ласкалась она ко мне, все еще взволнованная страхом, навеянным на нее грозой. — Я сейчас же пойду к дедушке и расскажу ему про поступок Андро! Уверяю вас, дедушка принудит его отдать вам украденные вещи.
— Нет-нет, — с живостью удержала я девочку, — не делай этого, Тамара. Я думаю подождать немного, потому что Андро, должно быть, только пошутил со мной и скоро вернет мне унесенные вещи. Князь Кашидзе не может быть вором!
— О, вы не знаете Андро! — с недоброй усмешкой проговорила девочка, и лицо ее приняло жесткое выражение, разом испортившее его. — Повторяю вам, что он способен на все дурное и преступное… Дедушка сказал правду. Андро — бич нашего рода! И вы еще говорите о его раскаянии! Солнце скорее перестанет светить над Гори в его лучшие весенние месяцы, нежели Андро раскается в своем дурном поступке! Нет-нет, лучше пойти сейчас же сказать дедушке, пока Андро не продал ваших вещей на армянском базаре…
— Тамара, как можешь ты так дурно думать о твоем брате! — укоризненно заметила я ей.
— О, я слишком хорошо знаю Андро, чтобы иначе думать о нем, — произнесла она с той же жесткой улыбкой, которая мне так не нравилась в ней.