Мальчику не оставалось больше ничего делать, как поплестись по направлению к ближайшему ночлежному дому.
Бедный Иванка почувствовал теперь полное одиночество и глухую тоску, расставшись с Марго, к которой привык, как к родной сестре.
«В первый же праздник навещу ее. А пока за что бы взяться мне?.. Заставить впредь работать Яшку в такую стужу, значит, и его потерять», — подумал Иванка. И, испуганный этой мыслью, он нежнее прижал к своей груди обезьянку и быстрее зашагал по улице.
— Что это? Что за девочка? Откуда ты несешь ее, Матвей? — закричала мадам Нешт, или Нештиха, как ее называли во дворе жильцы и служащие, выбежав в прихожую на звонок и увидев бесчувственную девочку на руках дворника.
— Чья эта девочка? Как она сюда попала? — повторяли за своей хозяйкой заглянувшие в прихожую мастерицы и четыре девочки, одинаково одетые в ситцевые платья, белые передники и пелеринки — ученицы-цветочницы.
Дворник Матвей, ничего не понимая и ничего не отвечая, внес все еще находившуюся в глубоком обмороке Марго в комнату и положил ее на первый попавшийся диванчик.
— Замерзла, видно, ваша новая ученица, — обратился он после этого к хозяйке мастерской.
— Какая ученица? Что такое? Нет у меня никакой новой ученицы. Унесите ее туда, откуда взяли. Кажется, она уже умерла, — ужасно волнуясь, говорила хозяйка.
— Ах, нет, она жива, — низко наклоняясь над бесчувственной Марго, произнесла Зина, старшая мастерица.
Другие девушки, а за ними и девочки подошли ближе взглянуть на Марго, и вдруг самая маленькая из учениц, десятилетняя белокурая Маша, неожиданно крикнула: