Отец Паисий, закончив свою речь, благословил Марго и, нагнувшись, поцеловал ее черную кудрявую головку. Потом девочку оставили обедать в гостеприимном доме священника.
Пришла Олимпиада Львовна, за которой сбегала Нюра.
Ей Марго чистосердечно рассказала об утренней своей ссоре с детьми.
— Мне очень жаль, что я была так несправедлива, — произнесла Марго, краснея. — Я с удовольствием подарила бы что-нибудь той маленькой девочке, которую я так обидела сегодня.
Увы! У француженки-сиротки ничего не было, что бы можно было подарить Груне: все вещи Марго пропали во время крушения поезда. Но примирение обошлось и без подарка. После обеда позвали маленькую Груню, и Марго, смущенная, протянула ей руку. Груня ласково посмотрела на француженку и дала понять, что забыла свою обиду.
Прибежали после обеда к домику священника и остальные дети и, как ни в чем не бывало, всею гурьбою, с Марго и Нюрой, отправились в лес…
* * *
Странный сон приснился маленькой Марго в ту ночь.
Она увидела роскошный сад; в нем цвели дивные розы, нарциссы, левкои; в кустах порхали хорошенькие птички с блестящими крылышками и яркими глазками. В средине сада была беседка. Марго, гуляя среди цветов, направилась к этой беседке и увидела там сидевшую на скамье молодую женщину… Женщина обернулась к ней, и Марго радостно вскрикнула:
— Мама!