«Какой нелюбезный мальчик, — подумала Марго. — Как он грубо разговаривает со мною»…
Ей хотелось тотчас уйти, но пришлось дожидаться швейцара. На площадке лестницы, перед дверью генеральской квартиры, стояло мягкое кресло. Марго, набегавшаяся по рынку с Авдотьей, была бы рада-радехонька отдохнуть в мягком кресле, но не решалась сделать этого без спроса.
— Можно? — указывая рукой на кресло, обратилась она к мальчугану, не успевшему еще спуститься вниз.
— Чего это? — не понял тот.
— Можно отдохнуть, посидеть немножко? — объяснила Марго.
— Сиди, сколько угодно. На то кресло и поставлено, чтобы сидеть на нем…
— Да, да… — согласилась Марго и опустилась в кресло, с видимым удовольствием забираясь в него все глубже и глубже.
— Да ты из каких будешь? Чухонка или татарка? — осведомился мальчик, не без любопытства оглядывая Марго.
— Нет, я француженка из Парижа, — с трудом поняв его, ответила девочка.
— А-а!.. Я Париж знаю, — важно произнес мальчик. — Утром мамка меня туда за кипятком посылала.