-- Нет, все! -- спокойно произнесла Милочка голосом, заставившим задрожать сердце Ольги. -- Все потеряно, -- повторила она еще убежденнее и глуше.
Потом громко позвала Бронина.
-- Володя, иди же сюда! Что ты там делаешь...
Он поспешил к ней, обнял её тоненький, хрупкий, как стебель, стан, ставший невероятно легким и воздушным со времени болезни.
-- Что ты делал? -- переспросила она.
-- Я любовался Волгой и разговаривал с Ольгой Павловной.
-- Обо мне, конечно...
-- О тебе, Милочка.
-- И она смалодушничала и не сказала тебе то, что я ей наказывала утром? Ну, так скажу я... Видишь ли, Володя... ты должен понять меня, потому что мной руководит здравый рассудок... Я тебя очень люблю... ты это знал и знаешь, но женой твоей не буду.
-- Милочка!