И минут через десять огромный дортуар погрузился в полутьму, чуть озаренную ночником, затянутым абажуром.
Без признака дремоты лежала Дуня, закинув руки под голову и острыми глазами впиваясь в темноту. Уже четвертую ночь не спится девочке. Странное, непонятное явление тревожит ее ум. У Дуни появилась тайна, тайна от Дорушки, любимой ее подружки, тайна ото всех. Слишком робка и неуверенна в себя Дуня, чтобы поделиться тем, что вот уже четвертую ночь происходит с нею. А что, если это наваждение одно? Что, если все это только кажется ей, Дуне? Может быть, так мерещится ей от страха?.. Видится, как будто во сне. Нет, доподлинно это узнать надо, наяву или в сонном видении видит она, Дуня, то, чего не видят другие воспитанницы.
И вся холодея и замирая от страха, она по-прежнему зоркими, внимательными глазами вглядывается в полутьму. Постепенно затихают вокруг нее вечерние звуки... Прекращается шепот сонных девушек... Воцаряется обычная ночная тишина... Вот только вздохнул во сне кто-то... да тихо вскрикнул в противоположном конце спальни, и все снова затихло в тот же миг.
Снова тишина...
- Неужели же и сегодня?.. Как вчера, как третьего дня, как и в субботу опять... Неужели опять? - с тоской и страхом думает Дуня.
И жуткое раскаяние охватывает все ее существо.
Зачем хоронилась она ото всех?.. Зачем не поведала Дорушке? - твердит ей ее внутренний голос...
Но замирая от ужаса, с холодными капельками пота на лбу, Дуняша уже не слушает его...
Тихо, чуть слышно скрипнула дверь, смежная с умывальной, и через порог спальни перешагнула "она".
Дуня снова, как и в те три предыдущие ночи, увидела невысокую, довольно плотную фигуру женщины, с головы до ног одетую во что-то черное, длинное, покрывающее ее с головой.