- От глупой слышу, - огрызнулась Васса.
Дорушка пожала плечиками.
- Не бойся, новенькая, - ласково обратилась она к Дуне. - Никто тебе пальца резать не будет. А что оспу, может быть, привьют, так это пустое. Ничуть не больно. Всем прививали. И мне, и Любе, и Орешкиной.
- Мне было больно, - повысила голосок девочка с кукольным лицом.
Дорушка презрительно на нее сощурилась.
- Ну, ты известная неженка. Баронессина любимка. Что и говорить!
- А тебя завидки берут? - нехорошо улыбнулась Люба.
- Я одну тетю Лелю люблю... А баронесса... - начала и не кончила Дорушка.
- К доктору, к Николаю Николаевичу! - где-то уже совсем близко зазвучали голоса.
- Бежим, девоньки! Не то набредут еще на котяток наших, - испуганно прошептала Соня Кузьменко, небольшая девятилетняя девочка с недетски серьезным, скуластым и смуглым личиком и крошечными, как мушки, глазами, та самая, что останавливала от божбы Дуню.