Осовелые глаза приютки бессмысленно уставились в лицо отца Модеста.
- Надо было, - угрюмо буркнула Рыжова.
- Почему надо? - поднял брови батюшка. Паша Канарейкина подтолкнула локтем свою соседку Глашу Ярову, и обе фыркнули, прикрыв рты руками.
- Потому что от костра чадно стало. По земле чадно. Вот из-за чада этого... От поленниц, значит, - затянула деревянным голосом Маша.
- Садись! Садись! - замахал на нее руками батюшка и, краснея от досады, кинул классу: - Да растолкуйте вы этому неучу, дети, кто хорошо понял историю! Оживите вы ее. Ведь этак она и совсем заснет! - кивнул он на Рыжову. - Кто понял?
Почти сорок ручонок с запятнанными чернилами пальцами потянулись над шарообразными головешками.
- Я!
- Я!
- Я, батюшка! - послышались детские голоса.
- Ай! - взвизгнул на всю классную кто-то.