"И впрямь цыганка-гадалка!" - мелькнуло в головке Дуни, и она пугливо шарахнулась в угол.
- Кто не боится, кто не страшится, - загудел умышленно грубый глухой голос из-под платка, - пусть войдет в мою палатку и узнает всю правду-матку и про то, что было, и что есть, и что будет, и гаданья моего вовек не забудет. Входи!
- Входи! - эхом откликнулись стоявшие по четырем углам платка девочки.
- Я не пойду. Хоть убейте, не пойду! - испуганно зашептала Паша Канарейкина. - Я с Дуняткой лучше останусь.
- Трусихи! - презрительно фыркнула на них Васса. - А я не боюсь... Глядите! Иду!
- И я тоже! - крикнула Оня.
- Я первая! - тоном, не допускающим возражений, проговорила Васса и шагнула вперед, бросив на Феничку взгляд, без слов выражавший: "Вот видишь, какая я храбрая! А ты и знать меня не хочешь".
Несколькими секундами позднее она уже стояла под платком перед тоненькой фигуркой Палани.
- Я хочу знать... - начала Васса и тотчас же смолкла.
Худенькая ручка Палани протягивала ей в полутьме какой-то холодный круглый предмет. Такой же точно предмет держала в руке и сама "гадалка".