-- В монастырях проповедуется пост, молитва и полное воздержание от спиртных и виноградных напитков, -- тоненьким фальцетом протянул арлекин.
-- Вот еще! -- надула губки Катя, -- я не понимаю, почему ты, Ия...
Она не договорила, потому что Нетти отвела в эту минуту старшую золовку в сторону и, сверкая глазами, зашептала ей, мало заботясь о том, слышат ее или нет.
-- Ия, что вы сделали? Вы же осрамили нас с AndrИ.
-- Я? Осрамила? Что вы еще выдумали, Нетти? -- с неподдельным изумлением вырвалось y той.
-- Не притворяйтесь, пожалуйста, моя милая, вы отлично знаете, что я хочу сказать! Взгляните на себя, как могли вы показаться на вечере в этом жалком тряпье! Ведь вы же родная сестра AndrИ! Что будут говорить о нас с мужем! Скажут, балы устраивают, a бедную молодую девушку одели в лохмотья, как какую-то нищую или Сандрильону. Если б я знала это раньше, то ни за что не пустила бы вас сюда в этом затрапезном виде.
Ия слушала, не веря ушам. Неужели уже настолько была мещанкой эта блистательная Нетти, чтобы делать ей такие нелепые, пошлые замечания, да и притом вслух, при всех!..
Оскорбленная, негодующая, взглянула она на невестку.
-- Это легко поправить, -- металлическим тоном произнесла она, -- большая часть гостей меня не узнала, и я постараюсь незаметно скрыться от тех, кто меня видел и уже не возвращаться сюда, чтобы не компрометировать вас моим костюмом. Таким образом, инцидент будет исчерпан, я надеюсь, вполне, -- спокойно, но с легким оттенком насмешки проговорила она, направляясь к двери.
-- Это будет самое лучшее, что вы могли придумать, -- холодно бросила Нетти вдогонку молодой девушке. Но та не слышала ее. Мысли Ии были теперь заняты уже другим.