На этот раз Нетти не обижалась на молодого человека, именовавшего ее княжной. Она звонко смеялась и торопила всех:
-- Скорее, господа, скорее, докажем же нашу храбрость, побываем на кладбище, a там быстрым аллюром домой. Наверное, котильон уже кончился, сели ужинать и нас могут хватиться.
-- Allons, mes enfants! Раз два, раз два! -- и Валерьян замаршировал по-солдатски, увлекая за собой Катю, опиравшуюся на его руку.
-- Дядя Дима, дядя Дима, -- кричал Пестольский Николаеву, -- a ты револьвер с собой не захватил?
-- Мммм! Зачем он мне?
-- На всякий случай не мешало бы! У меня есть. A то знаешь, всякие могут произойти случайности на кладбище... Там, ведь, и пошаливают иногда.
Тут начались рассказы о восставших из гробов мертвецах, которые оказывались потом... ворами.
В это время, отстав от компании, Валерьян нашептывал Кате:
-- Какие y вас прелестные глазки, mademoiselle Katrine в темноте, как две маленькие звездочки они сверкают. Не мудрено, что ваша старшая сестрица завидует вам. Кстати, ваша сестрица совсем забрала вас в руки и смотрит на вас, как на маленькую девочку, которую можно наказывать... Вот вы увидите, когда она узнает, что вы без спроса поехали с нами, то поставит вас в угол, a может быть еще на колени, ха, ха, ха, ха, a может быть и на горох?.. Что вы на это скажете, ха, ха, ха, ха, ха!
Голос Валерьяна звучал обидной насмешкой. Было очевидно, что ему во что бы то ни стало хотелось раздразнить Катю до слез. Ta вспыхнула, как порох, топнула ногой.