-- Отстаньте от меня! Оставьте! -- неожиданно для самой себя, резко крикнула Катя, снова отталкивая руку юноши, -- вы мне противны. Да, противны все, все, все!.. И за то, что вино пьете... За то, что чушь всякую несете все время и глупости делаете. Я уже не маленькая, мне скоро минет пятнадцать лет. И я не позволю себя обижать! -- Не позволю! -- уже кричала теперь громким, плачущим голосом Катя.
-- То есть, как это противны?.. Все противны, и Нетти; и я? -- недоумевал Валерьян.
-- Да, да, да! -- не помня себя, твердила девочка.
-- А, так вот вы какая капризная, упрямая. Ну, в таком случае, разрешите хотя бы проводить вас до мотора, и подождите нас, пока мы не вернемся к вам, чтобы ехать обратно, -- уже холодным, недовольным тоном, произнес обиженный Валерьян.
-- Убирайтесь вы от меня! Я и сама найду дорогу к мотору, -- крикнула так пронзительно Катя, что молодой князек поднял руки к ушам и, совершенно оглушенный, замотал головой.
-- Но зачем же так кричать? Точно вас режут. Право, я и так уйду, согласно вашему приказанию. A вы потрудитесь сесть в автомобиль и подождать нас.
-- Это не ваше дело! -- грубо отрезала Катя, -- уходите!
-- Слушаюсь, ухожу...
И, повернувшись на каблуках, юноша побежал вприпрыжку догонять остальную компанию.
-- Глупая девчонка! -- по дороге бранил он Катю, отводя душу, -- тоже вообразила себе, что неотразимо-хороша собой и еще ломается. Мещанка этакая! A того не понимает, что ничего-то в ней хорошего нет, смуглая, черная, как голенище, глаза, как плошки, a туда же!.. -- "Вы мне противны", ах, скажите, пожалуйста! Ничтожество этакое, туда же возмущается, грубит! -- совершенно уже разошелся Валерьян.