-- Любуюсь луной! -- отвечала я, рассерженная тем, что она явилась некстати.
-- Вы дерзки. Ступайте в класс! -- прошипела мне она вслед.
Противная Фроська!
Ну, можно ли стать поэтессой при подобных условиях?
8 ноября
Я узнала странные вещи. Так вот о чем они шушукались все четверо: креолка, Правковская, Татьяна и Радя Карская, сбившись в одну общую группу на постели Зины Бухариной.
Замирая от сладкого ужаса, Катя Макарова сообщила, что сама видела кости на последней аллее.
Кости! Какой ужас!
-- И знаете, месдамочки, -- повествовала, блестя разгоревшимися глазами, Катя, -- это кости человеческие, непременно человеческие! Ведь наш институт монастырем был прежде, и в саду было кладбище: там покойников хоронили.
-- И все-то ты врешь! -- вскричала, подойдя к ним, Малявка, -- наш институт замком был одного чухонского барона еще до завоевания Петербурга Петром Первым, и здесь...