Для более точных данных и выводов нужны статистические факты, а статистика у нас засекречена. Журналистская братия ею не занимается, её не любит и не знает. Журналисты пробавляются лишь отдельными фактами конъюнктурного характера, наподобие рекламы лотереи -- пишут только о "счастливых" билетах и выигрышах. А без статистики нам, простым смертным, трудно судить трезво о чём-либо.
На станции Гобачево встретил председателя плавского колхоза им. Ленина Бориса Климентьевича Панина. Характерное квадратное лицо с пухлыми щеками. Рассказал: "На станцию Горбачево в наш адрес из Курской области пригнали 412 тонн жома -- жома сахарной свеклы. А нам возить его к себе -- 25 км. По снегу. Это, значит, трактором дизельным. Себестоимость на нём тонна-километр (без грузчиков) -- 6,5 рублей. За рейс трактор берёт 4 тонны. Вот и считайте: 4т х 25км = 100т/км х 6,5руб = 650 рублей. Это один рейс, а их надо 50. Весь жом перевезти -- надо затратить более 30 тысяч рублей. А у меня силоса вполне хватит. Зачем мне этот жом отгрузили -- понятия не имею: я заявок не давал. Да если они решили меня облагодетельствовать, отправили бы жом не сюда, а на станцию, что в 9-ти километрах от нас.
А в совхозе им. М. Горького в Чернском районе (директор Григорий Иванович Кочка..нов, болен чахоткой. Только что после приступа болезни, худой, покашливает) директор, и главный агроном Иван Фёдорович Громов равнодушно отзываются об эстакаде для погрузки удобрения-компостов. Мол, эстакада громадная -- громадная вещь, да всё равно к ней бульдозер надо. Её у них до сих пор нет. Только в порядке официальности (у микрофона) Громов сказал: "Делать будем". По всей вероятности по знаменитому принципу Райкина: "Бусделано!" До этих товарищей, видимо, не дошло, что одна эстакада (только одна) и один бульдозер (только один) -- это мощный центр погрузки.
6/XII. О "сержанте" из колхоза "Память Ленина" Воловского района. Он -- бригадир тракторной бригады, фамилия -- Чернов. Высокий, худощавый, этакий подбористый, с развёрнутыми широкими плечами. Он как-то по-хозяйски вошёл в комнату, кивнул с высоты своего роста маленькой ладно стриженой головой, сидевшим в комнате, широкими точными шагами прошёл к настенному телефонному аппарату, прикреплённому меж двух окон. Привычным движением, затверженным не за один год, он поправил, и без того точно сидящую на голове военную фуражку, уже без кокарды, сильно замаслившуюся тавотом, солидолом и другими смазочными материалами. Видя это, я решил -- человек хочет говорить с начальством, так и получилось. Он позвонил в Воловскую РТС, попросил механика, стал выяснять: сколько в мастерской свободных мест и сколько можно гнать на ремонт тракторов. Только точно определив всё, что его интересовало, Чернов сел на табуретку, предварительно засунув под широкий солдатский ремень, повидавший, как и фуражка, немало разных масел, длинные твёрдые с рабочими ногтями пальцы, и завершённым движением угловатых кистей рук, с спереди назад, оправил, в меру затянутую ремнём, ватную куртку военного образца, тоже очень замасленную. Сев, он провёл ладонями по аккуратно заправленным в уже сильно потрёпанные, но до блеска начищенные кирзовые сапоги, брюкам и только тогда оглянулся на людей. Прямые тонкие длинные стрелки русых и, видно, жёстких усов, стремительно разлетающиеся горизонтально по обе стороны хрящеватого высокого узкого с горбинкой носа, несколько приподнялись, обнажая ровные белые твёрдые зубы; впалые, резко очерчивающие крупные скулы и твёрдые желваки, щёки слегка порозовели. Взгляд серых спокойных, без прищура смотревших глаз как бы говорил -- дело сделано, можно и покалякать. Но Чернов оказался не словоохотлив, больше слушал, а если говорил -- короткими фразами, смысл которых был ясен и не допускал кривотолков. И хотя дело было сделано, и находился он в кругу своих, деревенских, сидел он прямо, не горбатясь, всё с такими же развёрнутыми плечами. Наблюдая за ним, я вспомнил старшину нашего эскадрона и других наших сверхсрочников, и решил, что этот человек был в армии именно таким сверхсрочником, младшим командиром. И не ошибся: мне сказали, что служил он сержантом, а сейчас лучший тракторный бригадир колхоза. Правда, одно время винцом баловался, но теперь нет -- болезнь -- язва желудка -- не позволяет.
8/XII. Ещё о совхозе им. М. Горького Чернского района. Был там 3-го декабря, когда делал рейд: "От Тарусской до Скуратова" (как со станций вывозят минеральные удобрения). Главный агроном -- Иван Фёдорович Громов. Пожилой, с седоватой головой; умные серые глаза, с интересом смотрящие на собеседника; правильные черты лица с розоватыми щеками, как это бывает у пожилых, но здоровых и часто бывающих на свежем полевом ветре мужчин, не занимающихся физическим трудом; при улыбке посверкивают два-три золотых зуба. Агроном старой закалки, прошедший огни и воды, и старающийся по мере сил своих, и возможностей поддерживать честь агрономической науки. В колхозе более 30 тысяч га земли, пашни -- около 23-х тысяч га. Рассказывает: "Внесли в этом году по 50 кг минеральных удобрений на один гектар пашни, а планировали внести два центнера. Две тысячи тонн удобрений, которые мы должны были получить по плану -- не привезли, а из двух тысяч одну доставили на станцию так поздно, что использовать её в этом году, хотя бы под озимые, мы уже не смогли. Заготовили 87 тысяч тонн компостов. Внесли немногим более 40 тысяч -- это по две тысячи на гектар пашни; остальные из-за недостатка механизации остались в штабелях.
Наши планы -- Вы спрашиваете? Ежегодно заготавливать по 100 тысяч тонн компостов, довести норму внесения минеральных до 4 центнеров на один гектар. Для компостов потребуется 24 -- 30 тысяч тонн навоза. Он у нас есть. Думаю, что такое удобрение даст нам урожай зерновых до 16 центнеров, кукурузы -- 400 -- 450 центнеров.
Об эстакаде передвижной слышал, ездил в совхоз "Полтевский" специально смотреть. Райком туда всех возил. Приспособление полезное..., -- но глаза его потускнели, закончил скучным голосом, -- ведь и для неё нужен бульдозер. Без него она бесполезна. А у нас их раз-два и обчёлся. Но будем всё равно делать такие эстакады".
Текст радиорейда завтра передадут Чуканову Олимпу Алексеевичу -- это 1-й секретарь ОК КПСС.
Погода всё такая же. Туман, туман, ветер, слякоть; сегодня температура до + 3, завтра обещают до +5. Снега на полях не осталось.
10/XII. Туман, туман и туман. Днём непрерывный моросящий дождь. Ветер все эти дни юго-западный, а сегодня вечером, часов в восемь, вдруг стало так тихо-тихо, ни дуновенья. И здесь в Ясной поляне, несмолкаемая тишина, прорезываемая белыми полосами пробивающихся в густом неподвижном тумане лучей далёких автомобильных фар, освещённых окон, двух-трёх уличных фонарей.