Рис. 131. Гарпун из оленьего рога (2/5) и костяной наконечник стрелы (1/3) (Швейцария).
Типичные могильники аргарской культуры с большим количеством металлических орудий, встречающиеся вплоть до Аликанте и Валенсии на севере, свидетельствуют о широком распространении экономической системы Альмерии. Однако в самой провинции Аликанте, в округе Алькой, в крепостях на вершинах холмов Мола Альта де Серельес и Мас де Мененте отливались топоры аргарского типа, и население пользовалось аргарскими кинжалами с заклепками; впрочем, круглодонные чаши и шаровидные кувшины сохраняют традиции медного века, отличающиеся от аргарской керамики более четким профилем; по-прежнему находились в постоянном употреблении полированные каменные топоры.
Далее на запад, в Гранде, в некоторых мегалитических гробницах на кладбищах Гора, Горафе и Лос Эриалеса были найдены аргарские бронзовые изделия, украшения и горшки. Так, в Алькаиде, близ Антекеры, высеченные в скалах гробницы, точно воспроизводящие план построек — толосов, содержат вещественные остатки аргарского типа. Помимо этого, в Южной Испании нет более никаких памятников вплоть до железного века. В Португалии могильники из гробниц с каменными ящиками, содержащими острореберные сосуды, быть может, аргарского типа, редки; они сосредоточены главным образом в Альгарве — как раз там, где Бош-Гимпера хочет поместить особую фазу культуры Алькалы, чтобы заполнить пробел в начале бронзового века. Иногда верхние камни коротких ящиков покрыты резьбой, изображающей хорошо развитые формы металлических топоров. Лакуну в летописи погребений в период между медным и поздним бронзовым веком заполняют, кроме гробниц из ящиков, только мегалитические гробницы с коридором и погребения в естественных пещерах. Острореберные или даже снабженные ручками сосуды из этихпогребений вполне могут быть отнесены к бронзовому веку (рис. 129). В крепости Вилланова де Сан Педро встречаются образцы как пальмелльской, так и аргарской культуры. Однако бронзовые изделия аргарского типа в Португалии все же очень редки. С другой стороны, бронзовые изделия в высшей степени своеобразного типа, главным образом пальштабы с двумя ушками, показывают, что в позднем бронзовом веке в Северной Португалии и Галисии возник важный центр металлургического производства, изделия которого экспортировались в Британию; как показывают золотые серьги из Португалии и лунки ирландской формы из Галисии, это оживило старые торговые связи.
«Восточные» мастера металлических изделий и торговцы, обосновавшиеся на Пиренейском полуострове в начале медного века, вызвали там настоящую революцию как в области экономики, так и в области религиозных представлений. По в конце концов они были, по-видимому, отрезаны от своих баз и рынков, что было вызвало отчасти жадностью служивших в этой торговле посредниками жителей островов, отчасти выдвижением в IV дунайский период на передний план путей сообщения, связывающих область Дуная с Бреннером. В Альмерии влияние связей с Востоком еще оставалось в течение некоторого времени движущей силой материального прогресса; на западном побережье только духовное влияние было настолько сильным, что следы его сохранялись в течение долгого времени; но культура здесь приняла варварские формы, и до нас дошло от нее больше огромных гробниц, чем городов-поселков с многочисленным населением. Но даже если мы предположим, что такие города-поселки были, попытка Бош-Гимперы удлинить период существования португальской мегалитической культуры за счет культуры Альмерии не может быть принята. Область Альмерии покрыта внушительным рядом крупных крепостей и кладбищ, относящихся к периоду после медного века. В Португалии вовсе не окажется памятников, которые могли сравниться с этими постройками, если только мы не примем предложенную здесь последовательность смены культур и не перенесем то, что Бош-Гимпера называет — «дольменами и ранними гробницами с коридором», из периода до медного века в период после медного века.
Глава XVI. Западная культура в альпийской зоне
В отличающейся большим разнообразием области к северу от Пиренеев и к западу от Рейна и альпийских вершин, представлявшей собой в ледниковый период степную равнину, в последующий, лесной период жили азильские потомки рыболовов и охотников на оленей мадленского периода, а также переселенцев из Африки тарденуазского периода и распространившихся на юг лесных племен. Под влиянием какой-то пришлой культуры неолита эти туземные племена, жившие собирательством, постепенно перешли к экономике, основанной на земледелии, и, разрастаясь в новых, более благоприятных условиях существования, способствовали быстрому распространению этой культуры. О западной неолитической культуре, вызвавшей этот переход, можно судить преимущественно на основании пережитков, относящихся к более позднему времени. Ее распространение было обусловлено, вероятно, иммиграцией земледельцев, выращивавших злаки и разводивших стада; эти племена, по-видимому, везде с готовностью заимствовали инвентарь у туземного населения. В дальнейшем эта культура погибла в связи с распространением культуры мегалитов, а затем — культуры племени колоколообразных кубков. Только в самых нижних слоях некоторых пещер в Оде (стр. 397) на плоскогорье, образующем восточную границу провинции, и по другую сторону Ламанша, в Южной Англии (стр. 423), можно обнаружить первоначальные формы западной культуры в более или менее чистом виде.
Как свидетельствуют вещественные остатки, cохранившиеся в этих изолированных областях, западная экономика первоначально базировалась на разведении рогатого скота, а также свиней, овец и коз; скотоводство дополнялось выращиванием злаков (включая двузернянку) и охотой. Землепашцы, по-видимому, пользовались чем-то вроде плуга. Охотники употребляли заостренные с двух концов наконечники стрел, изготовленные из кости, или кремневые наконечники, обработанные с обеих сторон. Группы населения были невелики, но хорошо организованы; поселения обычно представляют собой укрепленные «лагери» на вершинах холмов или свайные постройки; и те и другие могли быть возведены лишь группами, обладающими навыками дисциплинированного совместного труда. Среди иммигрантов, возможно, были семьи, имевшие известный опыт в горном деле. С точки зрения археологии, комплекс западных культур легче всего определить по его керамике. Круглодонные, кулеобразиые и острореберные сосуды с темной поверхностью, лишенные орнамента, представляют собой, по-видимому, имитацию сосудов из эластичной кожи, подобных тем, которыми пользуются скотоводы. Как известно, эти сосуды находят вместе с глиняными ковшами. Кроме того, лесорубы пользовались топорами из кремня или какого-либо другого полированного камня, которые они предпочитали теслам.
Керамика и другие элементы указывают, что культура западноевропейского неолита ведет свое происхождение от североафриканского культурного круга, лучше всего представленного в Меримде, близ западных рукавов Нильской дельты. Промежуточные стадии распространения этого культурного комплекса установить пока невозможно, однако вероятнее всего, что он распространялся по суше через Северную Африку, вдоль Пиренейского полуострова и даже за Пиренейские горы. Действительно, в пещерах Португалии и Северной Испании были обнаружены характерные западные лощеные сосуды, однако они редко отделены стратиграфически от орнаментированных изделий медного века (стр. 356). В самом деле, значительная часть керамики Альмерии и Португалии последнего периода выражает, хотя и в более замысловатых формах, все те же традиции западноевропейских изделий с кожеподобной поверхностью.
Уместно описать в первую очередь проявления западной культуры в областях, не затронутых влиянием культурных комплексов мегалитов и колоколообразных кубков. Швейцарские озера, сохранившие единственные в своем роде остатки неолитического инвентаря, дают нам также и наиболее полную картину чистой западной культуры. Швейцарские свайные постройки, являвшиеся для археологов со времени их открытия в 1853 г. типичными для неолита, теперь дали наиболее определенные сведения о культурном развитии Западной Европы, главным образом благодаря стратиграфическим исследованиям на Невшательском озере, производившимся Byгой с 1919 г. На некоторых стоянках Вуга установил ту же самую последовательность четырех заселений, причем первые два заселения разделены чистым слоем.