Среди писем чеховских корреспондентов встречаются и такие, из которых нельзя выяснить, что содержалось в неизвестных письмах к ним Чехова. Например, из 18 писем поэта Л. И. Пальмина 1882--1886 годов (ГБЛ и ЦГАЛИ) ни одно не дает основания судить, когда и о чем писал ему Чехов. В архиве Чехова (ГБЛ) имеется 9 писем 1894--1897 годов врача Л. А. Злобиной, жившей в Лодзи. Злобина была жертвой судебной ошибки (обвинение в убийстве), о чем она написала Чехову в 1894 г. В дальнейших письмах Злобиной имеются подробности судебного дела, рассказы о встречах (в связи с этим делом) с Ф. М. Достоевским, профессором Н. И. Бакстом и др. В одном из писем (1895 г.) Злобина сообщила Чехову отзыв о его творчестве польского писателя Игнатия Домбровского. Трудно предположить, чтобы все эти письма оставались без ответа.
Изучение архива Чехова и архивов его современников дало возможность установить многих адресатов, даты и частичное содержание около 1500 неизвестных писем Чехова за время с 1875 по 1904 год.
О судьбе несохранившихся и ненайденных писем мы узнаем из различных источников. Известно, например, что письма Чехова к И. И. Левитану были сожжены братом Левитана Адольфом Ильичом. В архиве М. П. Чеховой находится записка, которая была обнаружена после смерти И. И. Левитана в его письменном столе: "Письма все сжечь, не читая, по моей смерти. Левитан". Эта записка была прислана М. П. Чеховой А. И. Левитаном с письмом, в котором, в частности, говорится: "Написаны эти строчки братом на случай внезапной кончины и найдены мною в письменном столе уже после его смерти.
Сожжены письма, как я уже и раньше передавал Вам, мною еще при жизни его, по его приказу и на его глазах". Письмо не датировано. Вероятно, оно относится к тому времени, когда Мария Павловна собирала письма Чехова для издания.
Сообщение А. И. Левитана, что письма были сожжены еще при жизни Исаака Ильича, расходится с показаниями мемуариста. С. Шпицер в "Воспоминаниях о художнике Левитане" (1908) пишет:
"После похорон в письменном столе Левитана его близкие нашли огромную связку писем, на которой лежала бумажка с просьбой Исаака Ильича после его смерти сжечь их. Большая часть писем принадлежала перу А. П. Чехова, которые по своему содержанию не могли сделаться достоянием других и печати. Желание покойного вынуждены были исполнить" {И. И. Левитан. Письма. Документы. Воспоминания. М., 1956, стр. 143.}. О судьбе писем Чехова В. Э. Мейерхольду рассказал сам Всеволод Эмильевич писателю А. К. Гладкову: "У меня довольно много писем от него было -- писем восемь, кажется, но все пропали, кроме одного, которое я дал напечатать. В других было больше для меня лестного, и я стеснялся их показывать. Когда уезжал в Крым в девятнадцатом году, дал их на хранение в один ленинградский музей, а когда приехал, оказалось, что тот человек, которому я их дал, умер. Простить себе этого не могу. То, что не берег, сохранилось, а то, над чем дрожал, потерял" {"Реплики Мейерхольда", записанные А. Гладковым в 1934--1939 гг. -- "Театральная жизнь", 1960, No 5, стр. 21.}.
Из письма К. С. Тычинкина к Чехову от июня 1899 г. узнаем, что все получаемые им письма, в том числе и чеховские, он уничтожал: "Сейчас был в фотографии Ренца; мне показывали Вашу карточку,-- она, по-моему, очень удалась. Будет у Вас возможность, пошлите ее мне с надписью: это будет у меня первый автограф, и я его сохраню, а то до сих пор я безжалостно уничтожал всю свою корреспонденцию, как только всё было выполнено, намеченное в письме" (ГБЛ).
О. П. Кундасова рассказала посетившему ее, незадолго до ее смерти, исследователю Чехова И. В. Федорову, что она уничтожила весь свой личный архив (дневники и письма). Уцелела лишь одна записка к ней Чехова, которую Кундасова подарила собирателю автографов Б. А. Черногубову. (Приобретена Отделом рукописей ГБЛ в 1959 г.)
Л. Ф. Волкенштейн в своих воспоминаниях сообщил: "В октябре 1904 года, во время еврейского погрома в Ростове, сгорел мой дом со всем находившимся в нем имуществом. Сгорели и дорогие для меня чеховские строчки" {"Иллюстрированная Россия", Париж, 1936, No 28, 7 июля.}.
П. Б. Струве в статье "Скорбь. Памяти А. П. Чехова" писал, что одно или два письма к нему Чехова пропали {"Россия и славянство", Париж, 1929, No 33.}.