Этот же вопрос имеет значение глубочайшее и священнейшее. Разрешение его будет откровением.
Думаю (и конечно, я не ошибусь), что Вы человек образованный и знакомы с философией, а потому я позволю себе свободу (за недостатком места в письме) кратко изложить мысли, которые я считаю философским разрешением проблемы синтеза.
Шопенгауэро-Вагнеро-Ницше-Скрябинский синтез приводит к действию театральному. Иллюзорные, разделенные искусства, технически, а не органически связанные, рождают явление иллюзорное же. Искусства, проявляемые через искусственно устанавливаемую среду, -- могут механически синтезироваться в лицедее (но не актере) {Актер -- есть деятель, лицедей же носит маску, изображает героя.}. Ландшафт, на фоне которого живет лицедей ([в отличие от] героя истинного), -- не имеет органической связи с музыкой, словом, движением танца и архитектурой театра (свод театра), не принимает участия в трагедии. Внутренняя мысль театра (идея трагедии) - падающие тела вселенной -- не находят опоры -- герой гибнет.
Примеч<ание>: Все тела вселенной падают, мир гибнет, отношение же опор к поддерживаемым частям дает все разнообразие стилей. Архитектура. Человек в вертикали, он восстанав<ливающаяся> опора.
Синтез, рождающий иллюзию прежде жившего, бывшего, есть рождение непрочного явления. Подобный синтез -- иллюзия, бессильная соединить живые искусства прочно -- герой умирает.
Что могут родить искусства, устанавливаемые через искусственно-создаваемую среду? Ограниченность, тленность, иллюзию; все в ней призрачно, грезя, как бы во сне (вспомните театр, зритель видит сон, происходящий на сцене), -- зритель соединен с актером. Призрак же, сон -- не есть действительность.
Так произведения театра (трагедии разделенности жизни не только в отображении на сцене, но и в действ<ительности>), а потому и произведения: кубизма, конструктивизма, абстрактивизма и образного искусства -- ограничены, не действительны, соединяют зрителя и актера и вовсе не синтезированы с музыкой, словом и движением живым -- они остаются в птолемеевском мировоззрении (т. е. верящем, что есть верх и низ, небо и земля, что наукой отрицается и философией также как кажущееся). <...>
Татлинская архитектура и архитектура Парфенона (простите за сравнение), абстрактивизм Малевича и русская икона -- иллюзорны, установлены через искусственную среду, связаны технически, ищут опоры (так лее как и вселенная связаны по закону тяготения, притяжения) -- и подвержены разрушению -- смерти; если произведение смертно, полный ли это синтез? нет! технический, не полный.
Человек -- синтез более истинный живых искусств, но несовершенный, ибо ищет опоры и гибнет в смерти.
Человек есть музей (не только натуралистический), ибо он тогда был бы пассивен и мертв, но он деятель, обладает разумом, природа же разума сложилась (по исследованиям позитивистов) по закону ассоциации, памяти. Воспоминание же субъективно -- будет объективно Воскрешение, субъективно забвение -- объективно смерть; субъективно сохранение связи (ассоциация) -- объективно сознание родства.