Чекрыгин проповедует столь же безграничные возможности человека, как и прометеизм, громогласно заявлявший себя в начале 1920-х гг. в пролетарской поэзии, в выступлениях биокосмистов, однако при этом он твердо отстаивает религиозную составляющую творчества жизни. В отличие от апологетов "Железного Мессии", идущего свергнуть Бога с небес и сотворить свой атеистический рай на земле, Чекрыгин говорит именно о благой, богочеловеческой мощи, видит в человеке сотворца, соработника Божия в деле преображения мира. Вслед за Федоровым и Флоренским выдвигает идею литургического синтеза искусств. При этом если Флоренский, опубликовавший в No 1 журнала "Маковец" программную статью "Храмовое действо как синтез искусств", видит в храме и храмовой службе полный и законченный синтез, то Чекрыгин, подобно Федорову, выводит литургию за стены храма. Храм, в котором совершается литургия, есть "план Воскрешения". Художество, в союзе с наукой, должно идти ко Виехрамовой литургии, т. е. к реальному пресуществлению праха отцов в их живые тела, к претворению косной, распадающейся материи мира. Полный синтез искусств для художника есть не что иное, как "Преображение Космоса".
Вопрос о конечных целях и путях творчества человека -- в центре главной литературно-эстетической работы Чекрыгииа "О Соборе Воскрешающего Музея", написанной под прямым влиянием воскресительной мысли Федорова. Эта работа стала и своеобразным изложением учения всеобщего дела, и наброском эстетической системы самого Чекрыгина, и комментарием к серии эскизов "Воскрешение", "Переселение людей в космос", которые художник готовил как проекты возможных росписей Храма-музея всеобщего дела. О таких монументальных, учительных росписях, которые представили бы в художественных образах картины регуляции природы и воскрешения, Федоров не раз писал в своих сочинениях (статьи "Собор", "Внутренняя роспись храма...", "Роспись наружных стен храма..."). Более того, давал многостраничные описания этих росписей, своего рода словесные фрески или иконы. Некоторые рисунки Чекрыгииа сделаны с прямой ориентацией на эти описания, в других он дает волю своей фантазии, представляя грандиозную панораму всеобщего дела: от сынов человеческих, молящихся на кладбище о восстании умерших отцов до самого воскресительного акта, момента той "великой радости воскрешающих и воскресающих, в которой, по Федорову, заключается и благо, и истина, и прекрасное в их полном единстве и совершенстве" (Федоров. I, 136).
"О Соборе Воскрешающего Музея"--подлинная поэма в прозе, питающаяся лучшими образцами церковной, литургической поэзии. Текст Чекрыгина, написанный ритмизованной прозой, по образности и стилю, по построению отдельных фрагментов заставляет вспомнить и Псалмы Давида, и "Песнь Песней", и "Екклесиаст", и христианские молитвы, и акафисты, и каноны.
Параллельно в работу "О Соборе Воскрешающего Музея" органически вплетаются образы Федорова: "блудные сыны", "сыны, пирующие на могилах отцов", "общество вечных женихов и невест", "безбородый гуманизм", "цивилизация мануфактурных игрушек", "могила праотца", "сын человечески" и "дочь человеческая", "птоломеевское созерцание" и "коперниканское небесное дело"... Чекрыгин переносит их в свою поэму, исполняя заветную мечту философа о том, что найдется творец, который сможет выразить "долг воскрешения" не в отвлеченных понятиях, а художественно (недаром долгие годы возлагал он надежды на Достоевского и Толстого, стремясь увлечь их своим учением). Эта поэма, равно как и серия эскизов к росписи Храма, -- образцы пророческого, учительного искусства, искусства как вдохновляющего призыва к общему делу, за которым должно последовать уже само это дело, выводящее художество к творчеству жизни.
В своем поэтическо-философском изложении учения Федорова Чекрыгин опирается на II том "Философии общего дела", особенно на статьи "Горизонтальное положение и вертикальное -- смерть и жизнь", "Как может быть разрешено противоречие между наукою и искусством?", "Падающие миры и противодействующее падению существо", "Музей, его смысл и назначение". Подчас он творчески перелагает большие федоровские пассажи, в других случаях -- органически вплетает микроцитаты из Федорова в собственный текст.
Текст работы "О Соборе Воскрешающего Музея" печатается по фотокопии, предоставленной внучкой художника Н. А. Колесниковой, которой мы приносим глубокую и искреннюю благодарность.
1 См. примеч. 150 к подборке "Письма разных лиц".
2 Цитата из статьи Федорова "Горизонтальное положение и вертикальное -- смерть и жизнь" (Философия общего дела. II, 267; Федоров. II, 255).
3 Неточная цитата из послания ап. Павла Римлянам (Рим 7: 15, 19).
4 Неточная цитата из статьи Федорова "Музей, его смысл и назначение" (Философия общего дела, II, 401; Федоров. II, 373).