Чрезвычайно интересный вопросъ затронулъ и попытался разрѣшить А. Н. Потресовъ въ статьяхъ "О литературѣ безъ жизни и жизни безъ литературы" ("Наша Заря" No 4--5 и 6). Это -- вопросъ объ отношеніи между пролетаріатомъ, между могучимъ соціальнымъ движеніемъ, вышедшимъ изъ его нѣдръ, и художественной литературой и даже вообще идеологическимъ творчествомъ современности.
"Современное человѣчество, говоритъ Овсянико-Куликовскій въ статьѣ, цитируемой Потресовымъ, живетъ въ эпоху, какой еще не было въ его исторіи. Мы имѣемъ счастье жить наканунѣ величайшихъ событій и преобразованій во всемъ строѣ жизни, въ основномъ укладѣ міровой культуры". А художественная литература, которая, казалось бы, должна была бы отражать въ себѣ этотъ мощный, преобразовательный процессъ, намѣчающійся въ жизни, плеть не только мимо него, но даже находится съ нимъ въ полной дисгармоніи.
Современная литература и вообще современное художество являются, по мнѣнію Потресова, продуктомъ буржуазной среды эпохи упадка, среды, у которой уже нѣтъ дѣйствительно общественныхъ задачъ,-- кромѣ, пожалуй, задачи самосохраненія и въ которой соотвѣтственно этому, въ разнообразнѣйшихъ формахъ, начался процессъ, такъ сказать, оголенія личности, ея освобожденія отъ общественности.
"Растерянная психика" -- "индивидуалиста-упадочника съ его эгоцентрическимъ міросозерцаніемъ, съ его культурой своего отъединеннаго и надтреснутаго "я" -- "создаетъ литературу, т. е. выдѣляетъ изъ себя своеобразную, хотя и никчемную культуру, а прогрессирующее, объединяемое человѣчество, то, что есть рвущагося впередъ въ современной цивилизаціи, ея соль земли,-- то не имѣетъ своей литературы, то остается безъ лица въ такой важной отрасли культуры, какъ художественное творчество во всѣхъ его видахъ".
"Но почему же, спрашиваетъ Потресовъ, не имѣетъ "своей литературы, своей культуры художества" -- рабочій классъ, который "не смотритъ съ ужасомъ на приближеніе грядущихъ "событій" и преобразованій, а наоборотъ, ждетъ и не можетъ дождаться, когда же кончится это "наканунѣ" и наступитъ настоящій день?"
Объясняется это, по мнѣнію Потресова, тѣмъ, что "на полюсѣ богатства, на буржуазномъ концѣ сосредоточены предпосылки, нужныя для развитія культуры". На противоположномъ же полюсѣ, полюсѣ пролетаріата, царятъ нищета и чрезмѣрная работа. А между тѣмъ, то соціалистическое товарищество, въ которое спаивается пролетаріатъ, для выполненія своихъ неотложныхъ практическихъ задачъ, беретъ у пролетаріата "относительно все больше жизненныхъ соковъ -- душевныхъ и умственныхъ силъ".
"То небольшое количество времени, которое остается у пролетаріата за отбытіемъ капиталистической повинности, оно (товарищество) отнимаетъ у него для занятій въ клубѣ, для посѣщенія собранія или союза, словомъ, для общественнаго дѣла... Интеллигенція пролетаріата -- это его сугубо дѣловитый авангардъ, разрываемыя на части, по преимуществу должностныя лица его организацій, съ головою ушедшія въ свои спеціальныя функціи, всѣ упирающіяся въ тріединство -- агитаціи, пропаганды и организаціи. Для организаціи же подлиннаго "бездѣлья", для культуры того важнаго и, скажемъ болѣе, необходимаго человѣческаго "бездѣлья", которое называется художествомъ,-- остается не только безконечно мало простора во времени, но и безконечно мало вниманія".
Изъ этого вынужденнаго спартанства пролетаріата Потресовъ выводить "относительно слабое развитіе всей вообще неприкладной стороны его общественной идеологіи".
Рядомъ съ этимъ развитію потребности у пролетаріата въ "своемъ художествѣ" мѣшаетъ, по мнѣнію Потресова, и то художественное удовлетвореніе, которое пролетаріатъ получаетъ отъ продуктовъ буржуазнаго художественнаго творчества. Особенное значеніе онъ придаетъ тутъ наличности въ буржуазной культурѣ старыхъ накопленныхъ художественныхъ цѣнностей, имѣющихъ мало общаго съ тѣмъ современнымъ модернизмомъ, который такъ чуждъ всей психологіи пролетаріата.
Въ этихъ старыхъ цѣнностяхъ, говоритъ онъ, тоже укрывается буржуазный духъ, но, во-первыхъ, въ его лучшихъ образцахъ -- не періода упадка, а періода подъема и расцвѣта, а во-вторыхъ, съ буржуазной лигатурой тамъ въ большой пропорціи смѣшано общечеловѣческое золото.