Любой из двадцати четырех неутомимых спортсменов мог бы потягаться в быстроте и выносливости с лосем, и лесной зверь был бы побежден.
Кто занимается спортом, кто стремится стать физически развитым человеком, готовым к боям за родину, тот не уступит дедам и прадедам ни на лыжах, ни в кулачном бою, ни в уменье колоть врага штыком и бить прикладом.
Бой за Маклаки
Лыжники скользили, то и дело наезжая на пятки впереди идущих. Стоило отстать на два-три шага, и ночная тьма, наполненная снежной метелью, поглощала шедших впереди бойцов.
У лесной опушки лыжники остановились и долго вглядывались в белесую тьму открытого поля. От напряжения слезы навертывались на глазах. Строений не было видно, а деревня должна была быть здесь, у самой опушки. Не могла же обмануть карта, которую так тщательно рассматривали разведчики перед походом!
Порыв ветра ударил в лицо со стороны поля и донес горький запах дыма.
— Не вижу, но чую, — хриплым полушопотом сказал один из разведчиков, и по его тону можно было догадаться, что он довольно улыбается, — где дым, там и жилье — Маклаки перед нами.
— Отдыхают фрицы в тепле, не ждут гостей, — подхватил другой боец.
Немцы действительно не ждали смелого нападения лыжников. Семнадцать километров отделяло деревню Маклаки от линии фронта, и небольшой гарнизон фашистов спал. Часовые, закутанные в бабьи платки и бараньи полушубки, дремали, переминаясь с ноги на ногу, у околицы поселка, там, где две широкие шоссейные дороги уходили в поле в сторону фронта. Часовые еще не знали, что по этим дорогам, скрежеща гусеницами тягачей и фыркая моторами, движутся отступающие дивизии немецкой армии.
Капитан Григорьев получил приказ занять деревню Маклаки и отрезать путь отступления фашистам. Пользуясь ночной темнотой и непогодой, лыжный батальон капитана Григорьева двигался к деревне, выслав вперед разведку.