«Молчат, всё молчат», с отчаяньем подумал Леська, «неужто в ГПУ все такие неразговорчивые?»
Леська перевел взгляд на деда. Савватий заиграл бровями, сморщил нос и улыбнулся седым ртом. Вот с кем Леська живет душа в душу. Однако, на озере тоже строг. Шкипер, сидит у руля, значит — царь и бог, как говорят рыбаки. Ну, а на суше Леська командует. Идеологическую выправку деду дает. Как что не так: «Дед, вспомни Зимний!» Слушается. Гордится он Зимним. Советского покроя старик.
Солнце пригревало. Леська уселся поудобнее и не заметил, как вздремнул.
III
— Савватий, — резко сказал рыжий, — поворачивай туда! — и он рукою указал от себя налево.
Жест был отрывист и неожидан, как удар ножа.
Савватий недоуменно заморгал глазами и выставил вперед бороду.
— Куды ж это товарищ? Нашего берега там нету. Финляндия ведь…
— Разговаривать будешь? — жестко металлическим голосом отчеканил рыжий и, встав на ноги, положил руку на кобуру. — Военные тайны тебе открывать?
«Чего это он так?» — с неудовольствием подумал Леська.