Султаны-правители, прикрываемые казачьими отрядами, не были на столько сильны, чтобы наказывать виновных барантачей, и для этой цели посылались команды казаков. При Перовском такие командировки были часты и иногда достигали своей цели. Разгромив скопища киргиз, убивали их предводителей — дело весьма трудное и имевшее место только при счастливой случайности.
В 1839 г. несколько сотен казаков бывшего непременного полка были посланы в степь под начальством полковника Геке наказать известного батыря Исета Кутебарова, не признававшего над собою никакой власти. Отряд этот, усиленный башкирами, долго искал по степи в летние знойные дни Кутебарова. Тот, в свою очередь желая прославиться каким-либо важным подвигом, решился разгромить султана-правителя с его плохо вооруженным русским отрядом и чрез лазутчиков собирал сведения, где и когда султан расположится на ночлег. Случилось так: лазутчики увидали султана, расположившегося на ночлег без особой предосторожности и тотчас поскакали известить Кутебарова; но в это время пришел ночью к султану полковник Геке с казаками, башкирами, пехотною ротою и дивизионною конной казачьей артиллерией. Кутебаров по сообщению лазутчиков, со всем своим более чем 3 т. отрядом, пошел на султана правителя. Придя ранним утром на место, заметил, что он обманут, приказал лазутчиков повесить и не желая показаться трусом, пошел в бой; результат его был плачевный для киргиз: кинувшись массами, они были с большим уроном отбиты. Казаки пустились преследовать их. Небольшая кучка оренбуржцев увидала и узнала Исета Кутебарова, и более ловкий и находчивый урядник Каменноозерного отряда Богатырев поскакал на пересечение его дороги; скрывшись за сурчину, он поджидал Исета; казаки преследовали последнего, посылали ему вслед пули; некоторые из них попадали в него, но вреда не причиняли, так как на нем была кольчуга.
Богатырев, сообразив это, пришел к заключению, что надо подстрелить коня; удачно пустив пулю, он попал лошади в пах; последняя упала и Исет остался на месте.. Наскакавшие казаки шашками изрубили его в куски.
Обыкновенно, посылаемые в степь отряды всегда имели вожаков из преданных нам киргиз; последние служили и нашим и своим, которым передавали, куда двигаются русские, и шайка барантачей всегда шла позади отряда, или в стороне параллельно ему. Отряды наши громили попадавшиеся на пути аулы, угоняли весь скот и уничтожали всякое имущество, иногда и совершенно невинных людей, по указанию вожаков которые пользовались известною долею разграбленного имущества и скота.
Последний пригонялся на линию в изнуренном бескормицею виде и продавался за бесценок. Так кончались обыкновенно наказания киргиз.
Заволжско-Камский край, заключавший в себе нынешние Оренбургскую, Уфимскую и Самарскую губернии, в начале настоящего столетия до 40-х годов представлял собою окраину государства, сравнительно недавно присоединенную к России. Оренбургская линия занималась войском, преобладающее число которого составляли казаки. Они поселены были не только по линии для охраны ее, но и внутри края, от Самары до Оренбурга, по так называемой Самарской линии и в виде внутренних крепостей в Уфимском, Стерлитамакском, Бирском и даже Красноуфимском уездах. Такое расселение казаков на различных пунктах, далеко отстоящих один от другого, объяснялось политическими и военными причинами, заключавшимися в частых бунтах против правительства в Башкирии во все время прошлого столетия и бывшими даже в 1803—805 гг. Для усмирения их нужно было иметь войско в близких местах от бунтовщиков; если бы последние вздумали поднять восстание, оно подавлялось тотчас и не могло распространяться далее в длину и ширину. Такая мера сама собою указывала башкирам на бесполезность их восстаний. Войска в центре Башкирии и на границе их земли с киргизами не позволяли им соединяться с последними для совокупных действий против русских. За последние пятьдесят лет до 1840 гг. башкиры сделались мирными и верными подданными, посылали своих людей на Оренбургскую линию для охраны ее совместно с казаками от набегов киргиз и в душе ненавидели последних, как врагов, входили в состав военных отрядов, посылавшихся в степь, оставались всегда верными русскому царю, по повелению которого в памятный 1812 г. выставили 20 полков пятисотенного состава, дрались с французами под Бородином, Москвою, в разных местах заграницею и в числе других войск занимали Париж.
Миролюбие башкир делало ненужным существование казачьих крепостей внутри Башкирии и явилась мысль выселить казаков из всех внутренних станиц на Оренбургскую линию для большого усиления последней. В 20 гг., во время управления краем генерала Эссена, состоялось повеление о переселении красноуфимских казаков, как более удаленных от Оренбурга, центра их управления. Для поселения их отрезали от киргиз под названием Илецкого района участок между рекой Уралом с левой стороны и р. Илеком с правой до впадения в него рч. Куралы. Возникшие здесь станицы стали грозою для киргиз, которые не скоро примирились с потерею своей земли, набеги и бунты продолжались долго. В это время был взят в плен небольшою шайкою киргиз между Татищевской и Переволоцкой станицами есаул Иван Васильевич Подуров (впоследствии наказный атаман), проезжавший в повозке с одним проводником.
С прибытием генерала Перовского казаки внутренних станиц составляли предмет особого его обсуждения. Он находил необходимым, в видах государственной обороны восточной границы от вторжения в пределы империи азиатских полчищ, усилить Оренбургскую линию для самостоятельного существования и отпора орд. Перовский предполагал одних из казаков внутренних станиц, по желанию, переселить в линейные станицы, а из других образовать военные поселения по образцу чугуевских. Для этой цели Перовский предположил отмежевать огромный участок киргизской степи от крепости Орской вверх по рр. Ори и Кумаку до станиц по р. Ую и этот участок населить казаками внутренних станиц, крестьянами малоземельных губерний и солдатами четырех баталионов, которых для этого перевести из линейных крепостей, где они составляли местные гарнизоны, на новые места по самой границе с киргизами с обращением в казачье сословие. Это было выполнено в 1835—36 гг. На новую линию были выселены в наказание и казаки внутренних станиц, оказавшие сопротивление при введении общественной хлебной запашки
Эта мера была одна из важнейших в первое управление Перовского: она значительно увеличила район земель Оренбургского войска, которое по положению 1840 г. образовало из себя особую область с отдельною территориею и отдельным управлением, независимым от губернской администрации, дала возможность перевести туда всех казаков внутренних станиц со включением ставропольских крещеных калмык и таким образом сплотила все войско в одной местности, уничтожив чрезполосицу.