В. А. Обручев
(1842—1851)
Рис В. А. Обручев (1842—1851).
С назначением в 1842 г. главным начальником края генерала Владимира Афанасьевича Обручева, служившего в Новгороде начальником дивизии и, как говорили, ставленника графа Клейнмихеля, бывшего не в дружбе с Перовским, все изменилось: кочевка была заброшена, многие из учреждений его предшественника предположены к уничтожению, и даже служившие при Перовском оставили Оренбург, чтобы занять лучшие места.
Обручев, кроме одного адъютанта гвардии капитана Николаева, не привез с собой никого. Освободившиеся места заняли второстепенные здешние чиновники, или случайно кем-либо рекомендованные. Обручев, кажется, не имел в виду никого из способных и образованных людей для замещения должностей. Если не находил подходящих лиц в Оренбурге, то писал в министерство, откуда сначала присылали хороших людей, но Обручев не умел обращаться с ними и привлекать к себе.
После Рокоссовского, тотчас по отъезде Перовского оставившего свой пост, начальником штаба был полковник Середа, бывший правитель канцелярии, но не поладил с Обручевым и ушел. После него был Александр Иванович Верегин, служивший потом долгое время начальником главного управления казачьих войск; он тоже не сошелся с губернатором и скоро уехал. Говорили, что причина размолвки заключалась в неявке Верегина по вызову после полуночи, когда он лег спать, а губернатор прислал за ним. После него был генерал Озерский, хороший на месте бригадного командира, но плохой начальник штаба. Далее следовал генерал-майор генерального штаба Прибытков — человек больной физически и умственно. После Прибыткова начальником штаба приехал генерального штаба полковник Фантон-де-Верраж, сумевший оставаться в этой должности до увольнения Обручева и в первые годы второго управления краем Перовского; впоследствии он получил графское достоинство.
Причину быстрой перемены начальников штаба и неудачного назначения сих лиц можно отнести и к скудному окладу содержания. Начальник корпусного штаба получал в Оренбурге, если он был генерал-майор, при казенной квартире и прислуге 860 р. и столько же столовых, всего 1720 р. — содержание крайне ограниченное, так как по своему положению он должен был иметь приличный выезд и держать себя на положении лица, выше многих поставленного; если начальник штаба был полковник, то содержание его не превышало 1500 р.
Генерал Озерский был вдовец, имел одну дочь невесту, и близкие к нему говорили, что он живет не лучше армейского штаб-офицера, сберегая для дочери на приданое до 500 р. в год. Прибытков был одинокий холостяк, а Фантон — человек семейный, имел жену и детей, из которых две дочери.
Генерал Перовский много помогал своим служащим, а особенно занимавшим высокие должности, выдачею наградных из особых хозяйственных капиталов, им собранных, а семействам служащих давал крупные подарки, особенно дамам на платья. При таких субсидиях и дешевизне жизнь была возможна и небогатому семейному человеку.