Смятенье: к сердцу своему
Он прижимал поспешно руку,
Как бы его смиряя муку;
Картуз изношенный снимал,
Смущенных глаз не подымал
И шел сторонкой.
"Медный Всадник" не фантастическая "повесть", а рассказ о том, что могло действительно случиться. В этой "повести" нет ни одной черты, ни одной подробности, невозможных в русской жизни. Не надо только забывать, что мы имеем дело с героем, сошедшим с ума, и что его галлюцинация описана с яркостью и с живостью, которыми сопровождаются бредовые явления у психически расстроенных больных.
Из "Медного Всадника" сами собою вытекают три истины:
1) Дела и цели великих исторических деятелей нельзя осуждать и обсуждать с точки зрения своего личного благополучия и своих личных несчастий.
2) Великие исторические деятели не должны нести нравственной ответственности за те бедствия, которые были непредвиденными последствиями их благодетельных и мудрых начинаний.