-- Как же батюшка, с почетом встречали, как следует великого царя, -- в колокола звонили, хлеб-соль подносили в Старом соборе -- на паперти в верхней-то церкви, на галдарее. И так милостиво говорил со всеми и шутить изволил, всем сказал привет, и мне: "ты, говорит, Степан, у меня соль-то с Елтона покупаешь али воруешь?" (Ведь я ратманом тогда был, так подле, значит, самого головы стоял.) -- "Не ворую, говорю, ваше императорское величество, а покупаю".-- "Ой, воруешь, говорит, меня не обманешь, брось воровать, -- вишь палка-то у меня какая, -- она воровские спины любит".-- Пошутить, значит, изволил -- шутник был, но грозный, как есть царь.
При этом рассказе теперь не только приезжий ученый -- даже и я выпучил глаза: если б Степан Корнилыч был пьян, еще можно было бы понять такую гиль, -- но нет, он выпил еще только одну рюмку, и по глазам было видно, что совершенно трезв.
-- Да как же вы говорите, Степан Корнилыч, -- продолжал Андрей Васильич, -- что вы тогда ратманом были: ведь и по вашим словам вам 98 лет, а Петр Великий уже 115 лет как умер, -- значит, тогда еще и отец-то ваш соску сосал, а может и не родился еще.
-- Так что, я тебе врать что ли стану? --сердито сказал Степан Корнилыч.
Андрей Васильич завел другой разговор, продолжая закусывать. Степан Корнилыч выпил еще несколько рюмок. Тогда Андрей Васильич возобновил пробу.
-- А что, Степан Корнилыч, ведь Логинов-то врет, англичанин правду пишет, что в наших местах море было? (После я узнал, как произошел такой вопрос: редактор "Губернских ведомостей" писал статьи, в которых доказывал, что Мурчисон ошибся в том, что юго-восточный край России был некогда дном моря; редактор "Ведомостей" понимал в геологии едва ли не меньше, чем я, и над его полемикою против Мурчисона много смеялись грамотные люди в городе.)
-- Врет Логинов, море здесь было, точно.
-- Да вы-то почему знаете, Степан Корнилыч?
-- Чать, своими глазами видел -- до самых Хвалынских гор было, я бывал на Хвалынских горах, смотрел на море. И, шумно плещет.
-- Пойдемте, Андрей Васильич, -- сказал приезжий. Гости ушли.